WWW.WIKI.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание ресурсов
 

«ЯНВАРЬ Литературный журнал «СИМБИРСКЪ» Литературный журнал «СИМБИРСКЪ» №1 (55), январь 2018 Cодержание Главный редактор Елена Викторовна Водкина (Кувшинникова) «Пиши и ...»

1

№1 (55)

ЯНВАРЬ

Литературный журнал

«СИМБИРСКЪ»

Литературный журнал

«СИМБИРСКЪ» №1 (55), январь 2018

Cодержание

Главный редактор

Елена Викторовна Водкина

(Кувшинникова)

«Пиши и пой. Душа, твори!»

E-mail: karamz_sad@mail.ru

С любовью ко всему родному

Телефон 89603693212 Ольга Даранова. «В едином стремлении

к добру». Хроника ушедшего года

Ярослава Евдокимова: «Работа нашей творческой мастерской нацелена на продвижение региона». Интервью

Литературное наследие Надежда Саевич. «Белорусы скажут вам великое спасибо…» .

Янка Купала и Аполлон Коринфский

Марина Ломовская. Марина Цветаева и Лидия Никанорова в годы эмиграции

Фотопроект «Время читать» .

( Фотографии А. Чернышевой и Е. Кильяновой)

Страна поэзия

Редакционный совет:

Светлана Матлина. «В малой сфере бытия…». Стихи

Председатель – Владимир Лучников «Поэма о Богородице»

Владимир Артамонов Житейские истории Александр Никонов. Васькина судьба. Рассказ

Александра Белова Лукоморье

–  –  –

Ольга ДАРАНОВА, ученый секретарь областной научной библиотеки им. Ленина

В ЕДИНОМ

СТРЕМЛЕНИИ К ДОБРУ

Хроника ушедшего года Завершился 2017 год. Как и прежде, он был наполнен многими замечательными культурными событиями, ставшими достойной страницей жизни нашей области. Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина провела этот год насыщенно, стремясь каждым своим днем служить просвещению сограждан, дарить им добро и радость познания. В едином стремлении к добру мы прожили год, и о главных его эпизодах хотелось бы напомнить .



Год начался светлым рождественским праздником – вечером духовной музыки и литературного творчества «Звезда Рождества». Он состоялся 15 января в Торжественном зале Дворца книги – Ульяновской областной научной библиотеки имени В.И. Ленина .

Символично, что начало года ознаменовано главным христианским праздником – Рождеством Христовым. Этот день и следующие за ним Святки (Святые дни) приносят людям радость, наполняют их души теплом, милосердием, светом, желанием помогать ближним. 2017 год начался с декады благотворительности, которую объявил губернатор Ульяновской области Сергей Морозов в память о трагедии на Ту-154. Главным напутствием года стали слова – «творить и дарить добро людям». Это и есть главные христианские заповеди .

Участников вечера приветствовала народная артистка России, лауреат Государственной премии России Клара Шадько. В ее исполнении прозвучали рожде

–  –  –

(«Дедушка Крылов», «И жить торопится, и чувствовать Хворостовского и актера, исполнителя романсов спешит!») не выходят из нашей повседневной речи. Дмитрия Шведа .

Камергер императорского двора и вице-президент Теплый, трепетный вечер завершил ежегодную внешней торговли, замминистра просвещения, се- декаду отечественной истории в Ульяновской обланатор и член Государственного совета при Алек- сти, связанную с именем Николая Михайловича Касандре II. И все это соединилось в одном человеке, рамзина. На протяжении ряда лет декада отечествензамечательном представителе карамзинской эпохи, ной истории является итоговым культурным событидруге и почитателе Пушкина, младшем современнике ем года в Ульяновской области .





Венчала год торжественная церемония вруН.М. Карамзина – Петре Андреевиче Вяземском .

чения ежегодной премии в области региональСейчас, увы, уже довольно сложно почувствовать ной историографии, литературного творчевсю прелесть их молодой дружбы, где находилось мества и Гран-при «Шапка Мономаха», которая состо и рискованным шуточкам, и неприличным экспромтам, и заботе, и нежности, и великим стихам, стоялась в конце декабря 2017 года в Торжественном рожденным как бы между прочим, случайно. Но оста- зале Дворца книги. Напомним, что премия учреждена лись «Записные книжки» Вяземского, уникальные правительством Ульяновской области за большой свидетельства карамзинской эпохи. Неоспоримым личный вклад и активное участие в развитии региавторитетом, духовным отцом молодой плеяды по- онального краеведения, литературного творчества, этов первой половины 19 века был, безусловно, Ка- культурно-просветительских процессов региона .

рамзин. Его тень незримо присутствовала на вечере, Изначально инициатором премии является историо нем вспоминали его молодые ученики. ко-краеведческий журнал «Мономах», сберегающий Гостями Карамзинской гостиной были молодые историю и культуру родного края, содействующий Жуковский, Батюшков и Вяземский в исполнении авторитету семьи и государства, продвижению духовактеров Театра юного зрителя «NEBOLSHOYТеатр» ности и добрых дел .

Александра Сухомлинова, Алексея Панфилова и акте- Лауреаты премии 2017 года – Надежда Липатора Ульяновского театра кукол имени В.М. Леонтьевой, ва, Лилия Янушевская, Рената Ильязова; обладателем заслуженного артиста РФ Андрея Козлова, а также Гран-при «Шапка Мономаха» стала Елена Беспалова, педагоги ДШИ № 4 города Ульяновска Ирина Фила- историк, краевед, заведующая научно-исследовательретова, Ольга Сергеева, Маргарита Подымова, Татья- ским отделом Государственного историко-меморина Павлова, ученица этой школы Ольга Тютькина. ального музея-заповедника «Родина В.И. Ленина», Романсы на стихи Пушкина и Вяземского исполнила председатель Ульяновского отделения Российского солистка Ульяновской государственной филармонии исторического общества .

Эльмира Сидорова. Зрители также увидели видеоза- Итоги года подведены, впереди большие плаписи с романсами на стихи Вяземского в великолеп- ны. Мы живем и работаем в едином культурном проном исполнении народного артиста России Дмитрия странстве, «с единым стремлением к добру» .

ЯРОСЛАВА ЕВДОКИМОВА:

«РАБОТА НАШЕЙ ТВОРЧЕСКОЙ

МАСТЕРСКОЙ НАЦЕЛЕНА

НА ПРОДВИЖЕНИЕ РЕГИОНА…»

Ярослава Александровна Евдокимова ( г.Ульяновск), фотожурналист, член Союза журналистов России, руководитель «Творческой мастерской визуальной коммуникации Ярославы Евдокимовой». Окончила Челябинское художественное училище и Российский новый университет. Обладатель Первой премии ЗСО Ульяновской области в номинации «Особый взгляд среди фото и видео». Отмечена благодарностью губернатора Ульяновской области. В числе первых получила премию губернатора «За сохранение красоты родного края» .

- Ярослава Александровна, вы известны как фотожурналист, автор многих креативных проектов. Мы рады нашему творческому сотрудничеству. Расскажите о себе .

- Я родилась в Мурманской области в Оленегорске в 1970 году. Потом семья переехала под Кандалакшу. Я была одаренным ребенком. С детства любила петь, ощущала себя певицей. Участвовала во многих музыкальных конкурсах, успешно выступала .

В 1980 году с бабушкой и дедушкой мы переехали в Новоульяновск. (Дедушка – немец по происхождению – Шефер Фридрих Филиппович прошел большой жизненный путь, ему выпало много испытаний, но он многого достиг, работал в руководстве крупного строительного треста. О нем говорили: «Немец – лучший русский». Я благодарна им с бабушкой за поддержку и заботу) .

Я училась в Новоульяновской школе и продолжала петь. Фаина Дмитриевна Матвеева – педагог, учитель музыки – руководила замечательной вокальной группой «Звонкие голоса». Я пела в этой группе, была солисткой. Мы много и успешно выступали. И даже стали лауреатами Всесоюзного конкурса. (Звание лауреата СССР самодеятельного народного творчества – в своё время эта награда была очень значимой) .

Потом Челябинское художественное училище на декоратора-оформителя. Но главным для меня было пение. С 15 до 17 лет много выступала, ездила на гастроли .

Меня называли «примадонной» и прочили карьеру певицы. От природы у меня был поставлен голос. Четыре октавы, как я называю меццо-колоратурное сопрано. Я тембристка. Могла петь и «Снегурочку», и контральтовые вещи .

(Колоратурное меццо, голос очень редкий, близок к сопрано, но отличается от него большей бархатистостью, приглушенностью тембра. Эти голоса могут исполнять как партии, написанные для меццо, так и партии для низкого сопрано) .

Меня заметили, были предложения на выбор: идти работать в Челябинский оперный театр им. М.И. Глинки или стать солисткой оркестра Уральского гарнизона. Я выбрала оперный театр. Меня взяли в хор, ввели сразу в спектакль «Снегурочка». Когда впервые пришла на репетицию, попросили взять клавир. Но, что такое клавир, я тогда не знала. Я «слухач». Клавир у меня был в голове, всю оперу я запомнила. Параллельно продолжала выступать сольно, в концертах. Меня замечательно принимали, были свои поклонники. Были мечты о большой карьере певицы. Ведь говорят, если ты пришел в оперный театр, то он тебя не отпускает… Нужно было музыкальное образование. Поступила

–  –  –

Надежда САЕВИЧ, главный хранитель фондов Литературного музея Янки Купалы (г. Минск) .

«БЕЛОРУСЫ СКАЖУТ

ВАМ ВЕЛИКОЕ

СПАСИБО…»1 Литературные и дружеские связи Аполлона Аполлоновича Коринфского и Янки Купалы Сложно назвать более народного и более известного белорусского поэта, чем Янка Купала. В его честь названо множество улиц, парков, скверов, театров, библиотек. Ему установлены памятники, бюсты, памятные знаки в разных странах. Сегодня его литературное наследие переведено более чем на сто языков мира .

А в далеком 1911 году русский читатель мог познакомиться со стихами Янки Купалы только через единственный перевод стихотворения «А кто там идет…», сделанный именитым писателем Максимом Горьким. Мы не знаем, как оценил Янка Купала этот перевод (документальных свидетельств не сохранилось), однако сам Алексей Максимович писал: «Я прошу Янку Купалу извинить мне дурной перевод его красноречивой и суровой песни... Чтобы уяснить себе глубинный смысл этой песни, которая, может быть, на время станет народным гимном белорусов, читателю следовало бы посмотреть «Нашу Ниву» – она много интересного скажет ему»2 .

К творчеству талантливого белорусского поэта обращались многие русские писатели. Среди них – Валерий Брюсов, Николай Янчук, Егор Нечаев, Николай Ашукин и др .

Одним из крупнейших переводчиков произведений Янки Купалы на русский язык стал Аполлон Аполлонович Коринфский – поэт, переводчик, фольклорист,

–  –  –

ем Янка Купала относился и к Марианне Иосифовне Коринфской: ей всегда посылались сердечные приветы и низкие поклоны. Янка Купала собирался написать в ее альбом стихотворение. В письме от 16 марта 1914 года белорусский поэт пишет своему другу: «Заступитесь, Аполлон Аполлонович, за меня перед Марианной Иосифовной, если будет очень ругать меня за неисполнение обещанного. Все вдохновение не приходит». Как вспоминала Марианна

Иосифовна, однажды она попросила Янку Купалу:

«Напишите пока что-нибудь». – «Ну хорошо, что помню на память», – ответил он. И на страницах ее альбома – довольно объемистой книги в кожаном переплете с замочком и ключиком – появилась надпись:

«А ты, сіраціна, жыві…»13. Сделана запись была 1 декабря 1913 года. Сегодня этот альбом-реликвия, вместе с другими немногочисленными материалами из архива Аполлона Коринфского, бережно хранится в фондах Государственного литературного музея Янки Купалы (Республика Беларусь, Минск). По словам Марианны Коринфской, это стихотворение оказалось пророческим в отношении нее: после смерти мужа она осталась в полном одиночестве. Во время Великой Отечественной войны архив Аполлона Коринфского был разграблен фашистами, было уничтожено большое количество материалов, которые освещали дружбу и творческие связи Янки Купалы и Аполлона Коринфского. Однако даже то, что сохранилось, свидетельствует об их взаимной симпатии и уважении .

В 1930-е только немногие, среди которых был и Янка Купала, сохранили любовь, уважение и доброе отношение к забытому поэту. За несколько лет до Страница с рукописью стихотворения Янки Купалы смерти, в 1933 году, Аполлон Аполлонович Коринф- «А ты, сіраціна, жыві…» из альбома Марианны Иосифовны ский получил от Янки Купалы подарок – шестой том Коринфской. Петербург. 1913 г. Оригинал. Рукопись .

собрания сочинений Янки Купалы с дарственной переоценить: она способствовала сближению и обонадписью: «Дорогому и милому А.А. Коринфскому и гащению русской и белорусской литературы, знакоМарьяне Иосифовне на добрую память Янка Купала .

мила читателя с талантливым белорусским поэтом .

Минск, 12 / V-33 г., Октябрьская, 36а» .

Давайте вместе перечитаем стихотворения Янки Сегодня имя русского поэта и переводчика Купалы в переводе на русский язык Аполлона АполАполлона Аполлоновича Коринфского, чьи переволоновича Коринфского и получим наслаждение от ды были оценены самим Янкой Купалой (!), незаслуточности перевода, красоты и мастерства слова беложенно забыто.

Его деятельность по популяризации русского и русского поэтов:

творчества известного белорусского поэта нельзя «В конце 1909 года Янка Купала приезжает в Санкт-Петербург». Вид с Васильевского острова

–  –  –

Перефразированная фраза из письма Янки Купалы к А.А. Коринфскому. Вильно. 16 марта 1914 г .

Журнал «Современный мир» № 2, 1911 г., с. 208 .

Письмо Янки Купалы к Б.И. Эпимаху-Шипиле. Вильно. 21.11.1909 г. (перевод Н.С.) Письмо Янки Купалы к Л.М. Клейнборту. Санкт-Петербург. 1910 г .

Также .

Л.М. Клейнборта .

Пісьмо Янки Купалы к Л.М. Клейнборту. Кисловодск. 21.09.1928 г .

Пісьмо Янки Купалы к И.А. Белоусову. Минск. 25.04.1919 г .

Пісьмо Янки Купалы к И.А. Белоусову. Минск. 25.04.1919 г .

Журнал «Педагогический листок». 1914 г. Книжка 1 .

Письмо Янки Купалы к А.А. Коринфскому. Вильно. 16.03.1914 г .

Малютина А.И. Из литературных связей Янки Купалы. (Янка Купала и Аполлон Коринфский). – Машинопись .

– Б / д. – ДЛМЯнК. – Коллекция «У». – КП 1595 .

«А ты, сиротина, живи…» – стихотворение Янки Купалы .

Литература:

1. Фокин П., Князева С. Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XІX – XX веков: в 3 т. – СПб.: Амфора. – 2007. – Т. 1.с. 85 .

2. Коринфский А. Игра судьбы: Ленин и Керенский (листки воспоминаний) / / Истоки: Вестник Ульяновского филиала Центрального музея В.И. Ленина. – 1991. – №5 .

3. Русские писатели. 1800–1917. –М., 1994. –Т. 3. –С. 70 .

4. Фокин П., Князева С. Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XІX –XX веков: в 3 т. – СПб.: Амфора. – 2007. – Т. 1.с. 85 .

5. Фокин П., Князева С. Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XІX – XX веков: в 3 т. – СПб.: Амфора. – 2007. – Т. 1.с. 84-85 .

6. Коринфский Аполлон Аполлонович. Письмо к Виктору Ясинскому. – Лигово. 27.09.1923 г. – ГЛМЯнК .

–Коллекция «А2». – КП 20071 .

7. Поўны збор твораў. У 9 т. Т.9 Кн. 1. Пераклады; Эпісталярная спадчына; Дарчыя надпісы; «Расейскабеларускі слоўнік»; Калектыўнае; Службовыя і асабістыя дакументы; Дадатак / Янка Купала. – Мн.: Маст. Літ., 2003. – 686 с. [4] л. іл. – Пісьмо Янкі Купалы да Л. М. Клейнбарта (Кіславодск, 21.09.1928 г.). – С 269-270 .

8. Поўны збор твораў. У 9 т. Т.9 Кн. 1. Пераклады; Эпісталярная спадчына; Дарчыя надпісы; «Расейскабеларускі слоўнік»; Калектыўнае; Службовыя і асабістыя дакументы; Дадатак / Янка Купала. – Мн.: Маст. Літ., 2003. – 686 с. [4] л. іл. – Пісьмо Янкі Купалы да І. А. Белавусава (Мінск, 25.04.1919 г.). – С 249-250 .

9. Поўны збор твораў. У 9 т. Т.9 Кн. 1. Пераклады; Эпісталярная спадчына; Дарчыя надпісы; «Расейскабеларускі слоўнік»; Калектыўнае; Службовыя і асабістыя дакументы; Дадатак / Янка Купала. – Мн.: Маст. Літ., 2003. – 686 с. [4] л. іл. – Пісьмо Янкі Купалы да І. А. Белавусава (Мінск, 25.04.1919 г.). – С 245-246 .

10. Поўны збор твораў. У 9 т. Т.9 Кн. 1. Пераклады; Эпісталярная спадчына; Дарчыя надпісы; «Расейскабеларускі слоўнік»; Калектыўнае; Службовыя і асабістыя дакументы; Дадатак / Янка Купала. – Мн.: Маст. Літ., 2003. – 686 с. [4] л. іл. – Пісьмо Янкі Купалы да А.А. Карынфскага (Вільня, 16.03.1914 г.). – С 239-240 .

11. Малютина А. И. Из литературных связей Янки Купалы. (Янка Купала и Аполлон Коринфский). – Машинопись. – Б / д. – ДЛМЯнК. – Калекцыя «У». – КП 1595 .

12. Малютина А. И. Из литературных связей Янки Купалы. (Янка Купала и Аполлон Коринфский). – Машинопись. – Б / д. – ДЛМЯнК. – Калекцыя «У». – КП 1595 .

Марина ЛОМОВСКАЯ (Франция, г. Тулуза)

–  –  –

нужно было устроиться в Париже. У меня не было любви к Муне Булгаковой, но женитьба обеспечивала быт» .

Да и по горячим еще следам сей адресат лирики (за что, собственно, мы его поминаем) достаточно адекватно разобрался в ситуации, если так объяснил одной своей близкой знакомой, изумленной, зачем он «бросил Марину, чтобы жениться на скучной Муне Булгаковой?»: «Она меня выдумала. Год мы были вместе14, и мне было тяжело не быть настоящим. А во-вторых, мне было стыдно перед Сережей» .

Почистив газовые рожки, поделав абажуры, то есть приобщившись немного к мизерному заработку скудного эмигрантского хлеба и поняв, что этим не проживешь, он недалеко уехал: «Я вступил в ряды советских людей, ведущих политическую работу во Франции». «Ловцов человеков» для этой «щекотливой», как он ее называет, работы, в те годы в Париже Л. Никанорова. Кламар. Акварель .

было предостаточно. Человек, получивший не тольПотом, может, войдем во владение всего дома. Муна ко военное образование, но и имевший опыт войны, думает переехать в город. Оба они работают там» .

будучи более осторожным и, возможно, более щепеПроходит меньше полугода и Лидия сообщает о потильным, чем другие, он сумел, выполняя эту раболожении дел: «Муна обещала весь дом, но теперь ей ту, не сбиться, не запутаться, не погибнуть .

и трудно найти себе, да ей неплохо и с нами: мы Чтобы справиться с докладом о «Цветаевой в платим за 2 комнаты, как за весь дом, она живет бесбыту», Мария Сергеевна Булгакова сочла нужным платно .

И таким образом, пока мы живем, она будет обратиться за помощью к Ариадне Эфрон, которой, как пишет В.К. Лосская, «не понравилась вся жить, а мы уедем, и она тоже, т.к. для них дом дорог эта затея», но все же она откликнулась письмом из и квартирантов найти невозможно, дом очень неуМосквы в Париж и попыталась выразить суть вза- дачный, но я все же хотела остаться в этом доме, для имоотношений ее матери с другими: «Дело в том, нас одних он был бы ничего. Я ищу безнадежно, но что она, будучи человеком исключительно глубокой, так как очень трудно найти при наших требованиях высокой, интенсивной и постоянно обновляющейся (стучать, сорить и собака). А в Clamart’е сейчас ходуховной внутренней жизни, быстро доходила до рошо, он весь утопает в фруктовом садике, и сейпотолка отношений, выше которого собеседнику не час это сплошной белый букет яблонь, груш и слив» .

прыгнуть. Для нее, с ее безмерностью в мире мер, Именно из этого, снятого у Муны в Кламаре, каждый собеседник был заключен в определенные домa по адресу 102, rue d’Union15, Clamart (Seine) пределы, за которые она быстро вышагивала; не Лидия впервые уже от себя, а не со слов подруги, забудем, что она была Поэтом с большой буквы, а пишет о Цветаевой 4 апреля 1930 г.: «И весна верно мы все, все, все... были в лучшем случае лишь загоняет к нам поэтов. Два вечера подряд слушаем читателями, т.е. потребителями, а не творцами. Ей стихи: Марина Цветаева и еще итальянский поэт» .

быстро наскучивала наша обыденность, мы были ей Отмечает, что с Цветаевой они подружились, что она, не по росту». как люди говорят, может быть злой, если невзлюбит Но и в «потребительском» смысле цветаевская и что «будем ее писать и ее сынишку». Цветаева, по поэзия не находила должного понимания у ее совре- беспристрастному и меткому наблюдению Ариадны менниц. Не только М.С. Булгакова сознается в том Эфрон, которая сама была талантливой художницей, же докладе, что не понимала ни стихотворения «Так увлечься могла только сюжетом изображенного – так плыли голова и лира», ни сказку «Млодец», ни дети “смотрят картинки“». «Форма и колорит – доПереулочки» – вещь сложную, в которой смысл вы- стоверно осязаемое и достоверно зримое – остались ловить нелегко, так и Лидия в 1928 году пишет сво- ей чужды». Но Цветаева очень ценила все, что остаему другу: «Получила от Муны на днях последнюю навливало мгновенье и давало возможность снова книгу стихов Цветаевой. Или книга слабее других увидеть и воскресить в памяти. Потому она была или я уже потеряла вкус к ее поэзии. Уж слишком неравнодушна к фотографии: обыкновенно рядом много “орнамента“ и тому подобного». с тем местом, где она работала, развешивала или Кризис 1929 года положил конец регулярным ставила фотографии дорогих ей людей, использопоездкам Артемовых на Корсику, приговорив их вала каждую возможность, если можно было запетем самым к более оседлому образу жизни. В са- чатлеться или запечатлеть своих, охотно показывала мом конце 1929 или начале 1930-го, оставив за со- фотокарточки знакомым, посылала в письмах близбой долги и лодку с мотором в качестве залога, они ким друзьям и сестре .

возвращаются в Париж. В письме этого времени На предложения художников позировать ЦветаЛидия сообщает другу, что они будут жить у Муны ева откликалась с радостью или даже сама просила в Clamart... 3 маленьких комнаты, где можно ра- их о портретах Али или Мура. Кроме Артемовых, ботать.... У них раньше помещался один журнал, Мура рисовал также Савва – сын Анны Ильинича теперь прогорел, вот мы на его место и въезжаем. ны Андреевой, ближайшей приятельницы Марины Маленький отдельный домик без хозяйки с садиком. Ивановны. В одной из записей осени 1932 г. Цветаева передает слова религиозность (перевод мой.– М.Л.) – я была бы не Мура во время одного я – этого со мной никогда не будет – у меня с Богом из таких сеансов: «Я свой счет, к нему – свой ход, который мимо и через уже знаю все приклю- – над моей головой... двойной свет: последнего чения Бога. (В ответ язычества и первого христианства» .

на предложение по- Весной 1930 года, едва познакомившись с Мачитать вслух Евангелие, риной Ивановной, Лидия не имела ни малейшей пока Савва его дорисо- возможности сойтись с ней поближе – она готовивывает)». Цветаева, в лась к проведению совместной с Георгием выставки писаниях которой звучит его деревянной скульптуры и ее акварелей. «Перед множество библейских выставкой всегда много спешки, беготни», – пишет мотивов, относилась к она другу. Вернисаж состоялся 8 апреля, а посетить Библии как к источнику выставку можно было до конца месяца. Затем, помудрости и прекрасной литературе. Поэтому она считала необходимым знакомить с Книгой книг Марина Цветаева с сыном и своих детей: «Я рассказываю: – А отец его Муром был плотник – строгал доски. Мур: как казак. А столы делал?». Цветаеву явно позабавило, как евангельский текст мгновенно ассоциировался у ребенка с вполне реальной работой Артемова над деревянными панно, которую они имели возможность постоянно наблюдать .

Судя по цитированию отдельных отрывков или коротких фраз как в константинопольском дневнике, так и в письмах, несомненно, что Лидия тоже часто обращалась к Библии. Больше того, в начале 1927 Выставка акварелей Л. Никаноровой. Париж, 1930 г .

года она сообщает другу: «Вот еще интересный курс слушала – толкование Ветхого Завета – такое глу- лучив большой заказ на роспись богатого имения в бокое и широкое, столько дает духовной жизни. Мне Верьер-ле-Бюисон (Verrire-le-Buisson) в 15 км от никогда в голову не приходило, что это может быть Парижа – «oчень красивое место, с большим лесом»

таким нужным. Вообще, духовно жадно живу». Но – они с Георгием напряженно работают над фрескасвои «религиозно-философские» убеждения она на- ми и живут там же до осени. «Воздух великолепный, меренно берет в кавычки, потому что, не считая себя – пишет Лидия в конце сентября, – много фруктов, «настоящей христианкой», просто хочет идти по только дожди и холод. Лета не было в Париже в букэтому пути в жизни. Тщательно вглядываясь в себя, вальном смысле слова. С домом в Clamart, еще не Лидия приходит к выводу: «Между прочим,... я решено. Муна будет жить, пока мы живем, т.к. мы вижу, что мое “христианство“ тоже языческое. Ведь оплачиваем ей почти весь, а мы уедем, она не смоу меня подход к нему чисто эстетический. Христи- жет держать этот дом, а других тоже не находится .

анство мне кажется более утонченным духовным со- Трудно теперь и в Париже с квартирами, есть, но очень дорогие все. Хочется устроиться удобнее для стоянием». Такой подход близок к цветаевскому .

Чтя религиозные обряды (подробно и любов- работы». Цветаева, в свою очередь, тоже была очень но, например, описано крещение Мура 10 июня занята – она готовила очередной вечер, от продажи 1925 г.), любя и всегда отмечая христианские празд- билетов на который зависел необходимый для всей ники, Цветаева говорит о себе: «Вообще, я человек семьи летний отдых. Совместный с другими участвнецерковный, даже физически: если стою – всегда никами «Вечер романтики» состоялся 26 апреля .

у входа, т. е. у выхода, чтобы идти дальше». Призна- Уехав из Парижа уже в середине июня, она только ется, (когда художница Юлия Рейтлингер – их общая 9 октября вернулась из Савойи, где проводила лето с Лидией близкая знакомая – попросила написать c детьми в старом деревенском доме в трех килоЦветаеву текст к ее иллюстрациям для детской цер- метрах от замка Арсин (Chteau d’Arcine) – там в ковной книжки), что литургия – тема для нее труд- русском пансионе с материальной помощью Красная, п. ч. службу знает плохо – каждый знает лучше ного Креста поправлял здоровье Сергей Яковлевич .

нее. С присущим ей юмором пишет Аде Черновой Его удалось устроить туда на целых 8 месяцев – в пасхальные дни 1925 г.: «Мне очень нравится, что зиму, весну, лето .

Отношения Лидии с Булгаковой, несмотря на Вы говели. Вам (дочери революционера) говеть то же самое, что мне (внучке священника) 16 лет за- ближайшее соседство, а, скорее, именно из-за него, ставлять Николая Чудотворца на иконе – Бонапар- все более охлаждаются: «С Муной мы как-то начинаем “чужеть“.... Вообще ее практичность натом. Честное слово. Так было» .

Увлекшись уже в 1937 году книгой «Житие чинает быть неприятной и очень ее портит. Живем св. Терезы от младенца Иисуса, написанное ей са- мы за тонкой перегородкой, но абсолютно разной, мой» и делясь своими впечатлениями с А. Берг, Цве- чужой друг другу жизнью». Быстро проходят потаева предостерегает в письме свою корреспондент- следние месяцы 1930 года после возвращения из ку: «…Не думайте que je tombe en religion впадаю в Верьер-ле-Бюисон, и уже 6 января 1931 года Лидия

–  –  –

этом поведать, но уже со И.А. Бунин, В.Ф. Ходасевич, Н.Н. Берберова, Г.А .

стороны прожитых лет: Газданов, Н.А. Тэффи и другие. Но все же, если «Встретила я чудесно- сравнить цветаевский случай с положением, наприго одинокого мальчика мер, одних из собратьев по перу Ирины Одоевцевой (17 лет, только что поте- и Георгия Иванова, то тут достаточно обратиться к рявшего боготворимую началу коротких воспоминаний Одоевцевой об одмать и погодка-брата. По- ной непредвиденной встрече с Цветаевой перед ее тому и вышла замуж, т.е. отъездом на родину, чтобы почувствать совершенсразу заслонила собой но иную тональность: «Послезавтра мы с Георгием смерть. Иначе бы навряд Ивановым едем в Биaрриц на целых три месяца. К ли вообще “вышла“. Те- океану. И я уже полна легким радостным волнением .

перь скажу: ранний брак /Сегодня я целый день бегала по магазинам. Я очень

– пагуба. Даже со свер- устала. И все-таки мне не хочется оставаться дома и стником». провести вечер, читая или слушая радио .

Лидия Никанорова, – Пойдем куда-нибудь, Жорж!

Сергей Эфрон очевидно, едва познако- Георгий Иванов, как всегда, согласен. Только мившись, кратко описы- куда пойти? Все наши друзья и знакомые уже разъвает их обоих весной 1930 г.: «Она наружностью ехались. Даже на Монпарнасе никого не встретишь .

мало теперь интересна, очень подурнела, но вообще – Хочешь, пойдем в кинематограф?

блестящая умница, только бедна, уж очень трудно ей Нет, решительно не хочу. Я сейчас совсем не в живется, прямо нищенствует. Муж какой-то нелепый, состоянии неподвижно сидеть перед экраном .

да еще и чахоточный к тому же». Если бы Цветаева – А Гингеры? – вдруг вспоминает он. – Они еще почувствовала интерес, желание и наличие у Лидии в Париже. Сегодня четверг, по четвергам у них “Свивремени для подробностей ее жизни, то, вероятней дание поэтов“. Хочешь, пойдем к ним? … – Едем .

всего, она повторила бы примерно то же самое, что Но непременно в такси, а не в метро. Туда и обратно писала в письмах о своем муже разным людям (чаще в такси. Я страшно устала. /И мы едем» .

всего в тех случаях, когда взывала о помощи): «Он, Со свойственной Цветаевой глубокой иронией, отродясь больной человек, сын немолодых и безум- перебивая и противореча самой себе в скобках коно-измученных родителей (когда-нибудь расскажу роткими фразами с восклицаниями, именно в полотрагедию их семьи), в 16 лет был туберкулез (в 17 жение такой женщины и такого писателя она пыталет встреча со мной, могу сказать, его спасшая), бо- ется поставить себя в осеннем письме Тесковой 1930 лезнь печени, война, добровольчество, второй взрыв г.: «Если бы я была как все женщины моего круга туберкулеза (Галлиполи), Чехия, нищета, студенче- (NB! а есть ли у меня круг?!) или как все писатели ство, наконец Париж и исступленная (он исступлен- (моего круга, которого уже заведомо нет!), за меня ный работник!) работа по евразийству и редактор- бы все делали, а я бы глядела. Женщина бы глядела, ству»; «Жизнь трудная: Сергей Яковлевич без а писатель бы писал» .

работы – Евразия кончилась, а ни на какой завод его «Hищенская» – как характеризует во многих не примут, да и речи быть не может о заводе …. письмах Лидия жизнь Цветаевой – действительно Это больной человек. Сейчас поступил на курсы ки- мучительна. Ее записные книжки 1931 г. года испещнематографической техники, по окончании которых рены подсчетами и расчетами как, впрочем, и письма .

сможет быть оператором»; «В постоянную непре- Только тем людям, на реальную денежную помощь рывную его работу в кинематографе верить труд- которых она могла рассчитывать (А.А.Тесковой, но – работа трудная, в физически трудных услови- С.Н. Андрониковой-Гальперн, новой знакомой ях»; «Сергей Яковлевич тщетно обивает пороги Р.Н. Ломоносовой), написано c полсотни писем. В всех кинематографических предприятий – КРИЗИС них рефреном: «Мы совершенно погибаем»; «А дела

– и французы-профессионалы сидят без дела. А на редкость мрачные»; «Мы должны кругом: и в лавна завод он не может, да и не возьмут, ибо только- ку, и угольщику, и всем знакомым, живем в грозе газа только хватает сил на “нормальный день“, устает от и электричества и, главное, терма»; «Денег нет ни на всего. Сейчас он совсем извелся от неизвестности, что, едим то что отпускают в долг в лавке, в город не спит ночей и т.д.»; «Сергей Яковлевич – че- ездить не на что, едет либо Сергей Яковлевич, ловек не домашний, он в доме ничего не понимает, либо Аля, завтра не поедет никто, эти деньги на марподметет середину комнаты и, загородясь от всего ку – последние»; «Удушены долгами, утром в лавку мира спиной, читает или пишет, а еще чаще под- – мука»; «Курю окурковый табак – полная коробка ставляя эту спину ливням, гоняет до изнеможения окурков, хранила про черный день и дождалась»;

по Парижу». Осенью 1930 года Цветаевой гораздо «Вот уже поистине – пришла беда раскрывай воропроще и свойственнее было написать своей заочной та! Я попала в самую настоящую беду…» .

Анне Тесковой в Прагу, нежели словами сказать в Все это, конечно, никак не способствовало личной беседе новой знакомой Лидии Никаноро- хотя бы относительно спокойной жизни, а, наобовой: «Иногда я думаю, что такая жизнь при моей рот, вызывало семейные взрывы по всякому повонепрестанной работе все-таки незаслужена. По- ду. Например, коротенькая зарисовка в записной губили меня терпение, моя семижильная гордость, книжке осенью 1932 г.: «Обычная утренняя ссора с якобы все могущая: и поднять, и сбросить, и нести, Сережей. За кофе (20 минут спустя) Мур, глядя на и снести». Многие эмигранты жили в бедности. Об Сережу: – Мама, Вы замечаете? Папа сейчас буэтом известно из их биографий, воспоминаний, из дет мириться: просветлели небеса…». Когда в 1930художественной литературы – на эту тему писали х годах Сергей Яковлевич сделался сотрудником «Союза возвращения на родину», началось неизбеж- себя ему: «Я всю жизнь водила ребенка за руку» .

ное обсуждение положения дел в Советском Союзе, Это касалось, конечно, не только детей21. Свою пошли разговоры об условиях и возможностях воз- руку она протянула на все грядущие годы уже в вращения, о новом человеке. К этому же времени 18 лет 5 мая 1911 года: «Я тут же решаю никогда, относится и факт биографии героя поэм – К.Б. Род- что бы ни было, с ним не расставаться и в январе зевича: «Я вступил в ряды советских людей, веду- 1912 г. выхожу за него замуж». Через 15 лет замущих политическую работу во Франции». Разговоры жества: «Во всех больших случаях жизни – божео советских достижениях, экономических успехах, ственен.... Это мое роковое чудо». И в 1940 году, которые активно велись среди эмигрантов, доноси- чего бы ни было за прошедшие 30 лет, она запишет, лись до близких соседей, в том числе и до Артемо- как всегда, «из самых недр»: «Лучшего человека не вых18. Лидия в связи с этим пишет о себе другу в мае встретила» .

1931 года: «Политически, сознаюсь, я очень некультурна» и в то же время: «А за жизнью в России слежу с трепетом. Героическое время! Какой подъем! Какая сила, упорство, терпение». Цветаева на все это смотрит иначе, энтузиазм мужа и его товарищей ее не убеждает, а только становится дополнительным камнем преткновений. «Я живу с читателями газет, с пересказчиками газет», – пишет она о своем окружении. В сентябре 1933 года Цветаева по-соседски была с Муром у Родзевичей, у которых в марте 1932 года родилась дочка Наташа19: «Старый дом в большом саду, беседка, О окна, калитка». Дальше она описывается скандал с Родзевичем, который дразнил Мура и довел ее этим до бешенства. Завершается данная запись в книжке почти общественно-политически: «А еще хотят “строить новый мир“, когда не умеют ни говорить, ни ладить, ни управлять таким замечательным ребенком, как Мур». Из М. Цветаева с мужем и сыном в Кламаре письма к С.Н. Андрониковой-Гальперн той же осеЛидия познакомилась с Георгием в феврале ни: «Сережа здесь, паспорта до сих пор нет, чем я глубоко счастлива, ибо письма от отбывших (сама 1922 года в Константинополе, и его характер распровожала и махала!) красноречивые: один все вре- крывается перед ней пока еще не до конца прочимя просит переводов на Торг-Фин (?), а другая, жена танной книгой. Она зорко всматривается в спутника инженера, настоящего, поехавшего на готовое место жизни: с первого знакомства он ей показался милым при заводе, очень подробно описывает как ежевечер- и симпатичным, ей очень нравятся его работы, она не, вместо обеда пьют у подруги чай с сахаром и хле- восхищается его талантом, с радостью пользуется бом. (Петербург). Значит Сереже остается только его уроками наработанного мастерства, но есть черчай – без сахара и без хлеба – и даже не чай. Кроме ты, которые ей совсем не по нраву: его преувелитого, я решительно не еду, значит, расставаться, а ченная страсть к охоте (Лидии ненавистно убийство это (как ни грыземся!) после 20 лет совместности – животных), его повышенная нервозность, недостатяжело. А не еду я, п. ч. уже раз уехала. (Саломея, ток общей культуры, изматывающая ревность – все видели фильм “Je suis un vad“20, где каторжанин это не могло не вызывать ссор и столкновений: «Ж .

бывает невыносим, и тогда я очень страдаю. Обычно добровольно возвращается на каторгу, – так вот!)» .

Цветаевой, как она объясняет той же Наталье во время ссор из-за пустяков – самая частая ссора Гайдукевич уже в 1934 году, некому все это сказать, из-за собаки – я не люблю ни его охоты, ни его “учеа отвод необходим («не говорить – разорваться»), и нья“, ни наказания собаки. Кончается решимостью она прибегает к единственно верному и доступному разойтись.“Расходимся“ мы каждую ссору. Всегда (хотя и на марку часто денег нет) ей способу – пишет моя инициатива». Hо все избытки и недостатки пов письмах о муже и о себе: «И все-таки не расхо- крывает его любовь – в чем в чем, а в ней сомневатьдимся, ни у кого духу нет … и он меня по-своему ся не приходится. И Лидия, имея юношеский опыт любит, но не выносит, как я его. В каких-то основ- настоящей, но не удавшейся любви, со всей искренных линиях: духовности, бескорыстности, отрешен- ностью и пониманием даже не жалеет, а сострадает ности – мы сходимся (он – прекрасный человек), но Жоржу: у нее «теперь следы, рубцы на сердце» и она ни в воспитании, ни в жизнеустройстве, ни в жиз- останется «несостоятельной должницей», потому ненном темпе – все врозь. Я, когда выходила замуж, что «его любовь навек огорчила», а такая любовь, была (впрочем, отродясь) человеком сложившимся, как у Жоржа к ней, требует такой же ответной .

О своем замужестве в 1927 году Лидия пион – нет, и вот за эти двадцать лет непрестанного складывания сложился – в другое, часто неузнава- шет другу как бы между прочим, скорее даже поемое. Главное же различие – его общительность и деловому: «Забыла еще новость – я уже Артемова

– в трудные дни из-за коммерческих и всяких.. .

общественность и моя (волчья) уединенность» .

В октябре 1935 года в письме Пастернаку после соображений решили в марте это сделать. У Жорих «невстречи» в Париже, выражая свое непонима- жа сейчас завязаны всякие знакомства, и приходитние как он мог проехать мимо матери на поезде, мимо ся уступить общественному мнению. “Событие“ 12-летнего ожидания, Цветаева противопоставляет совершили совсем без события. А в общем почва была уже приготовлена – внутреннее решение, как- И настораживалась, и прельщалась, и смуто само собой совпало». По тому, как Лидия ведет щалась, и рвалась все с тем же, с юности сфорсвои семейные дела, – она человек здравого смысла. мулированным, требованьем веры и просьбой о Прямо с математической точностью она проводит любви. В один из январских ледяных дней 1940 анализ: «если судить здраво – это мое “лучшее“ по- года в подмосковном Голицыне пишет Е.Б. Тагеру, ложение. Разберусь подробнее в наших отношениях в котором заметила что-то монашеское и мальчис Ж.... теперь просто глубокая любовь-дружба. шеское – и щемяще-беззащитное: «Сердце сжаУ него тоже любовь-дружба. Простая, глубокая лось, и что-то внутри – там где ребра расходятся и “настоящая“. Никто меня лучше него не любил. – зажглось и стало жечь – и стало болеть». И еще Красивее – да, но не “по-настоящему“, что я и ценю одна надежда-предложение: «Я Вас не по ниточке, так.... Мы с ним большие приятели, и большое а – за руку! поведу по лабиринту книжки: моей счастье быть обоим художниками – мы очень попол- души за 1922 г. – 1925 г., моей души – тогда и всегняем друг друга, без зависти, а наоборот, с обоюдной да» осталась безответной: «Вы ничего не хотите добротой – он в особенности – всегда радуется моим взять из того, что я Вам несу. Вы отводите руку, и успехам». мои – опускаются». Обдумывая и составляя свою Когда ее друг, с годами, вероятней всего, все бо- автобиографию в те же дни, записывает в тетрадь лее сожалеющий об их несложившейся общей судь- истину, без которой ее биография просто немысбе, пишет ей о любви, пытаясь вернуть прошлое, она лима: «Всеми моими стихами я обязана людям, мягко отводит: «О “доминанте“ не хочется писать и которых любила – которые меня любили – или на “пункты“ тоже не хочется отвечать. Ты меня все- не любили». Это и о последнем, известном нам, таки не совсем понимаешь, и твои пункты как-то стихотворении без заглавия с эпиграфом «Я стол мало соответствуют действительности. Я-то чего-то накрыл на шестерых», обращенном к Арсению другого ищу. И хоть ты и любишь во мне мое “бес- Тарковскому в начале марта 1941 года. Стихам в покойство души“, но я-то хочу уже покоя, внутрен- тетради сопутствует запись: «Был у меня дважды, него покоя, ищу некоторую постоянную величину». на третий не пришел – прождала его тщетно … Если Лидия раскрывала книжку Цветаевой «После Больно? Нет. Слабо – больно. Боль куда слабее, России», то ее чувствам наверняка были созвучны чем тa радость от него. – Привыкла – за жизнь». С строки стихотворения «Эвридика – Орфею»: «Что же юности зная и отмечая в течение лет свою особенскажу тебе, кроме: / “Ты это забудь и оставь!“». «И ность и даже «особость»: «Я всегда пересолю»;

любовь уже не ту, что рождает эстетические эмоции, «Ненасытностью своею перекармливаю всех»;

– продолжает объяснять Лидия другу свое нынешнее «Мне всегда совестно давать больше, чем другому состояние, – но любовь с заглавной буквы. Вот, кста- нужно (= может взять!) – раньше я давала – как ти, в наших отношениях, вернее в твоем, было много берут – штурмом!» – остается верной себе .

эстетики. И меня порадовало при нашей встрече, что Вряд ли Никанорова и Цветаева доверяли друг теперь уже меньше ее и глубже и серьезнее чувство». другу свою сердечную жизнь, но некоторые строки Кстати сказать, что и Цветаева, отметавшая все по- никаноровских писем отчетливо перекликаются с верхностное, берущая всегда «на самую глубину», цветаевскими записями и стихами, которые она чиряд слов от корня «эстет» использовала как ругатель- тала часто в присуствии Лидии. Например, из стиные и писала, в частности, что пять чувств эстета – хотворения Цветаевой 1924 года: «Точно гору несла «проводники не в душу, а в пустоту». в подоле – / Всего тела боль! / Я любовь узнаю по

Лидия, не кривя душой ни перед собой, ни пе- боли / Всего тела вдоль». Из письма Лидии другу:

ред другом юности, c которым было в свое время «Для тебя любовь развлечение, украшение жизни. А cлишком много опыта, мало счастья, но все же «так для меня – рок, проказа сердца coeur lpreux. … хорошо вспоминать» то незабвенное настроение А боли я теперь боюсь, боли сердца и жить с ней не яркого счастья и продолжать переписку, посколь- смогу» .

ку это одно из самого хорошего в ее жизни, трезво Возможно, не называя имен, обсуждая книги и оценивает ситуацию, воспитывая в себе мудрость, фильмы, они приходили к общим, скорее философсо свойственной ей прямотой и простотой: «У меня ским, нежели житейским, выводам. Например, из заесть любимое дело, я люблю, любима, у меня есть писей Цветаевой 1923 г. – года ее «самой сильной прекрасная дружба...». любви с автокомментариями 1932 г.: «Внося верх в Никогда ничего подобного Цветаева, увы, не низ, душу в любовь, я неизменно возвышала другого могла о себе сказать. Ранняя обида на недостаточ- и никогда не снижалась сама. Ни от одной любви у ность любви наложила отпечаток на всю ее жизнь. меня не осталось чувства унижения – своего, только «Я дожила до сорока лет, – пишет она А.А. Тесковой бессовестности – чужой. Мне не стыдно, что я тебя в ноябре 1934 г., – и у меня не было человека, ко- такого любила: я тебя не такого любила и пока я торый меня любил бы больше всего на свете. Это я тебя любила, ты не был таким, но тебе должно быть хотела выяснить. У меня не было верного человека. (и есть) стыдно, что ты меня такую не любил – не Почему? У всех есть». В это «у всех», конечно, пре- так любил». «Может, правда Вл. Соловьев говорил, жде всего, входила Лидия. И тем не менее непрелож- – пишет Лидия на ту же тему, – что нет любовной но, при любых обстоятельствах Цветаева верна себе: “идеализации“, а есть “прозрение“ любви. Человека «Без любви мне все-таки на свете не жить...». подлинного видит только тот, кто его любит, он слыЛюбовь! Любовь! И в судорогах, и в гробе шит его музыку, а остальные видят только маску, а Насторожусь – прельщусь – смущусь – рванусь. музыки никакой не слышат. А я склонна соединить и О милая! Ни в гробовом сугробе, то и другое в одно: важна “сама любовь“, и она “проНи в облачном с тобою не прощусь. зревает“ – это не противоречит друг другу» .

Каждая из них творила свою «Оду к радости» и в умие – какие чудесные сладкие сны... Выдают тайразмышлениях о том, что такое радость и счастье, они ные движения сердца, предательские сны». Или уже во многом сходятся. Например, из письма Лидии но- в период знакомства с Мариной Ивановной, в январе ября 1928 г.: «Да, ведь счастье не в обладании вещей, 1931 года пишет, вторя ей почти дословно: «Кстати, а в умении радоваться ими. Счастье, как и любовь, о суеверности – это своего рода интуиция проникэто талант, и как мало людей им одаренных! Да, чув- новения в тайны природы, мироздания – не так уж ствовать счастье в настоящем, а не бегать за ним...». И беспочвенно. В конце концов, как часто наука нахоапреля 1932 г.: «Для меня живопись – радость». дит после объяснения. У меня сны и предчувствия Цветаева, говорившая о себе: «Мне, чтобы жить, играют большую роль, и я в них верю». Как раз в это надо радоваться», – не раз, как о самом необходи- время Цветаева могла не только записать в тетрадь, мом, спрашивала в письмах многих своих корре- как это она обычно делала, полный для нее значения спондентов, есть ли радость. В 1940 году буквально и смысла сон (текст которого и его предположительмеж горестей, забот и треволненья», она не может ное толкование приводятся ниже), начинающийся со без нее обойтись: «Господи! Как хорошо, что есть слов «Мы в гостях у художников», но и пересказать два слова: aube и aurore (рассвет и заря), и как я этим его Лидии, которая ей приснилась. Именно в записи счастлива». И еще: «…Единственная моя радость этого сна Цветаева нам оставила точнейшую «волжВы будете смеяться – восточный мусульманский скую» примету Лидии, отметив, что та говорила в ее янтарь, который я купила два года назад, на париж- сне «как в жизни – нараспев голоса и улыбки» .

ском “толчке“ – совершенно мертвым, восковым, Детей у Жоржа и Лидии не было – ее хрупкое обогретым плесенью, и который с каждым днем на здоровье, неустроенная эмигрантская жизнь без мамне живеет: оживает, играет и сияет изнутри. Ношу лейшей перспективы хоть на относительное благопоего на теле, невидимо. Похож на рябину». В этом же лучие, постоянные долги, скорее всего, не позволяли письме, адресованном Вере Меркурьевой, она раз- и мечтать о них. Нигде в письмах Лидии не встречамышляет и о своем счастье: «Мне очень мало нужно ется сожалений по этому поводу. Возможно, перебыло, чтобы быть счастливой. Свой стол. Здоровье читывая Евангелие, она осознавала его мудрость по своих. Любая погода. Вся свобода. – Все. – И вот отношению и к своему времени: «Ибо приходят дни,

– чтобы это несчастное счастье – тaк добывать, – в в которые скажут: “блаженны неплодные, и утробы этом не только жестокость, но глупость. Счастливо- неродившие, и сосцы непитавшие“. Может быть, му человеку жизнь должна – радоваться, поощрять нереализованное материнство хоть отчасти компенего в этом редком даре. Потому что от счастливого сировалось удовольствием от работы над портретаидет счастье. От меня – шло. Здoрово шло. Я чужи- ми детей, которые ей, по ее признаниям, особенно ми тяжестями (взвaленными) играла, как атлет гиря- удаются, а также постоянным присутствием собак в ми». За три дня до войны и меньше чем за 3 месяца их с Георгием жизни. Она рассказывает в одном из до смерти благодарит А. Крученых, в компании с писем о щенке, как пишут о ребенке: «Мы отдыхали которым провела день в подмосковном Кускове, «за бы, если бы не прибавление семейства: мальчишка первую красоту здесь» – для нее это было, вероятней Димка, шатен с волнистыми волосиками, с черными всего, последней радостью. глазками – озорник уже ужасный. Никакого покоя с Поскольку Цветаева верила «и снам, и карточ- ним – всяческие кашки, прогулки и т.д. – ему всего ным гаданьям, и предсказаниям луны», то пред- два месяца, настоящий ирландский сеттер». Позже, ставляется несомненным, что велись разговоры о про того же сеттера, она пишет с болью: «Мы попрозрении, о снах, об интуиции, суевериях – обо теряли нашу любимую собаку – умерла от нефрита .

всем, что Цветаеву так интересовало и что для нее Оплакивали как сына». Какая-то часть материнского было порой достоверней реальности. Например, чувства распространялась на Георгия, которого она в еще из письма 1923 г. К.Б. Родзевичу: «есть в мире предсмертных письмах совсем по-матерински назыне только день, но и ночь, не только любовь, но и вает то «Жоржун солнышко мое», то «мальчик мой провидение, зоркая ночь древних, предвосхищаю- родной» .

щая (или предрешающая?) события. Тень, опережа- Цветаевский случай – «случай страстного мающая тело. … Сны у древних направляли жизнь, теринства» – входил «столбовым путем» в ее «жажа древние были и мудрее, и счастливее нас». Или из ду сразу всех дорог». Такой она родилась и вся пописьма 1932 г., то есть спустя почти десятилетие, к следующая жизнь это только подтверждала: «Я С.Н. Андрониковой-Гальперн, которая ей присни- всю жизнь – со старыми и малыми – поступаю как лась: «никогда не поверю, что во сне ошибаются, что мать». Чувство старшинства (даже в 20 лет при сосон ошибается, что я во сне могу ошибиться. (Вез- рокалетнем), желание поднять собеседника до себя де – кроме.) Порукой – моя предшествующая сну – делиться мыслями, заставляя тем самым мыслить запись: – Мой любимый вид общения – сон. Сон – самостоятельно, передавать опыт ремесла поэта, это я на полной свободе (неизбежности), тот воздух, развивать вкус приводило к тому, что крылья ее макоторый мне необходим, чтобы дышать. Моя пого- теринства касались не только родных детей, но и да, мое освещение, мой час суток, мое время года, Ариадны Черновой, которой она подписала книгу:

моя широта и долгота. Только в нем я – я. Осталь- «Моей полудочери, полусестре», и Александра Бахное – случайность». И Лидия, когда ее друг в 1927 г. раха, и Константина Родзевича, и Николая Гронсков очередной раз приезжал в Париж, отказываясь от го, и Анатолия Штейгера, к которым она в стихах свидания с ним, посылает объяснительное письмо с и письмах обращается то «Дитя», даже «Деточка», Корсики: «Благоразумие все так взвешивает, предви- то «Дружочек», то «Голубчик», то «Родной», назыдит и оценивает, что выходит и лучше, что мы сейчас вает после смерти Гронского его «своим настоящим врозь. Но вот сны опрокидывают все мое благораз- духовным выкормышем», определяет суть своего порыва к Штейгеру вопросом: «Хотите ко мне в сы- вать по полочкам, имя «potesse de la maternit», то новья?». есть, «поэтесса материнства». Но, кроме своих стиОт материнства, как и от всего на свете, у нее хов, скорее даже больше своих стихов, Сесиль Созанимался «Легкий огнь, над кудрями пляшущий, – важ известна как мать Оливье Мессиана – ее старшеДуновение – Вдохновения!». Своим детям – Але, го сына (1908 – 1992) – знаменитого французского маленькой Ирине, умершей в голодной Москве, композитора, органиста и пианиста. Ему – еще на Муру – на всех стадиях их жизни Цветаева посвяти- стадии его внутриутробной жизни и потом уже рола множество мыслей и чувств, вошедших в стихи и дившемуся – писались его матерью стихи. Цветаев неустанные записи в тетрадях, например, из самых вой, не любившей газет в принципе и потому редко пленительных об Але: «Я думаю, что Бог создал мир в них заглядывающей, видимо, это имя осталось недля того, чтобы кто-нибудь его любил. / Так я созда- известным, иначе бы оно, как и стихи, воспевающие ла Алю»; и о Муре: «О, мое солнышко, моя звездоч- невероятную близость матери и ее ребенка24, непрека! / Я тебя выхотела из воздуха! / (NB! Будущему менно привлекло ее внимание. Подобный мотив Муру –... еще очень будущему, очень воздушному единственной, во всех иных случаях просто не могуМуру!)». щей быть степени близости, использует Цветаева в Позволим себе ма- «Поэме конца» для подчеркивания силы притяжения ленькое отступление. В лирической героини к любимому перед горем неизто же самое время, когда бежного разрыва:

Цветаева, описав на ма- Та женщина – помнишь: мамой нер сказки или легенды, Звал? – все и вся рождение сына («Сын Забыв, в торжестве недвижном мой Георгий родился Те – бя нося, 1-го февраля 1925 г., в Тебя не держала ближе .

воскресение, в полдень, в Цветаева не была настолько беспечна или слепа, снежный вихрь. В самую чтобы не понимать, в какое время, где («Беженская Георгий Эфрон (Мур), секунду его рождения на мостовая! Гикнуло – и понеслось») и при каких обсын Марины Цветаевой полу возле кровати заго- стоятельствах родится и будет расти ее ребенок («ты релся спирт, и он пред- – эмигрант, Мур, сын эмигранта, так будет в паспорстал во взрыве синего пламени.... У Георгия было те. А паспорт у тебя будет волчий»). Она буквально, семь нянь: волчиха-угольщица, глядящая в леса, как ее любимые с детства греческие герои, вступает в А.И. Андреева, В.Г. Чирикова, Муна Булгакова, Катя единоборство со временем: «Время! Я тебя миную», и Юлия (!!!) Рейтлингер. Чешка – цыганка – волжан- хотя и признает: «Время, ты меня обманешь!», «Врека – татарка – и две немки»), продолжает – год за мя, ты меня обмеришь!». В том же 1923 году, котогодом и день за днем – следить с ручкой в руке за рым датируется «Хвала времени», пишутся стихи, в развитием подрастающего Мура, не забывая и об которых звучит материнская тема с вариациями – то Але, в России впервые (1928 г.) вышла в свет книга тишайшими, то полнозвучными аккордами. Среди Корнея Чуковского о детском языке, известная, на- них и «Раковина» с той же попыткой первенствовать чиная с третьего издания, под заглавием «От двух над временем («Дням не уступит тебя душа!») и гимдо пяти». В ней автор не только приводит примеры ном материнству («Матери каждая пытка в пору, / В детского словотворчества, но и рассуждает о неосоз- меру… Лишь ты бы, расторгнув плен, / Целое море нанном мастерстве каждого ребенка, усваивающего хлебнул взамен!») .

огромное количество новых слов и их элементов. В Таким образом, как она говорила, «смотря на предисловии к одному из многочисленных после- все», а не несмотря ни на что, у нее в первый день дующих изданий автор пишет, что в течение долгих февраля 1925 года родился сын. Слишком страстно лет он имел возможность наблюдать духовное раз- она себе «его выхотела, заказала», слишком много витие своих собственных малолетних детей, а потом было ею вложено в само понятие «сын». Это было своих внуков и многочисленных правнуков. Но, при- воплощение и того Александра, вместо которого у знается он, «я не мог бы написать эту книгу, если бы ее матери родилась «только всего» она сама, и всех не дружная помощь читателей: Уже много лет... сыновей героев любимых книг, и одного из возлопочтальоны приносят мне множество писем, где женных на нее судьбой предназначений – быть мабабки, матери, деды, отцы малышей сообщают свои терью сына; это было исполнение обещания мужу, наблюдения над ними, над их поступками, играми, которого она, не имея от него вестей, молила в письразговорами, песнями». Записанное Цветаевой за ме в феврале 1921 года остаться в живых и сообщала ее детьми способно буквально затмить и перекрыть о смерти маленькой Ирины: «Сереженька, если Вы всю эту армию домашних хозяек, пенсионеров, живы, мы встретимся, у нас будет сын.... У нас спортсменов, рабочих, актеров, инженеров, воспи- будет сын, я знаю, что это будет, чудесный героичетателей детских садов, писавших Чуковскому. ский сын» .

Интересно отметить промелькнувшее в одном М.И. Белкина в книге «Скрещенье судеб» прииз писем Лидии имя французской поэтессы Се- водит слова безумно напуганной Цветаевой, с котосиль Соваж (Ccile Sauvage), явно упомянутое в рой Мария Иосифовна, будучи беременной летом связи с газетным сообщением о ее смерти в августе 1941 года, пересеклась во время одной из бомбегода в возрасте 44 лет. Лидия переписывает жек Москвы. Цветаева, по ее словам, дико боялась также для друга понравившееся ей четверостишие23. за Мура, ей все время казалось, что его обязательно Малоизвестной в России Сесиль Соваж присвоено убьет или выбьет глаз осколком, она не может жить во Франции, где любят все обозначать и расклады- так, у нее больше нет сил… И слезы лились у нее по щекам. Мур ее не слушается, он сам лезет на инородную – всегда ей враждебную и опасную срекрышу. И когда Белкина пыталась урезонить Мари- ду. Присутствует и элемент неожиданности, острая ну Ивановну: «Муру, должно быть, стыдно сидеть реакция матери, выраженная резкими словами .

в бомбоубежище среди женщин, детей, стариков, Именно в это время начались первые серьезные когда даже девушки дежурят на крышах», – она ус- жалобы на дочь, вылившиеся к началу 1932 года к лышала: «Вам легко так рассуждать, когда все ваше грустной констатации: «За семь лет моей Франции с вами! – сказала Марина Ивановна, вытирая слезы выросла и от меня отошла Аля». Ариадне идет 19-й рукой, – потом вы заговорите иначе, помяните мое год, она еще просит прощения, что не благородно, с слово!..». Обезопасить, скрыть, спрятать 16-летне- точки зрения матери, возвращается домой, когда хого Мура было решительно невозможно. Эта пытка чет, не занимается домашним хозяйством и не гуляет была ей уже не «в пору» и не «в меру». Последняя с Муром столько, сколько нужно, чтобы освободить часть фразы, записанная в первые дни после рожде- матери время для писания. Легкости отказа и старания Мура: «Мальчиков нужно баловать – им, может ния облегчить постоянное неблагополучие в семье, быть, на войну придется», все больше становилась свойственных ей с самого раннего детства, как не неизбежной реальностью. Время, с которым она му- бывало, к тому же теперь она начала роптать. Впежественно сражалась, с которым не хотела идти в реди – 1933, 1934, 1935 – и вплоть до отъезда Али в ногу, говоря: «Я вправе не быть своим собственным Москву в марте 1937 г. конфликт идет по нарастаюсовременником», – и обманывало, и обмеривало, не щей, то взлетая на острые пики крайнего напряжеверило слезам, не считалось ни со словами, ни со ния с частыми слезами и даже иногда пощечинами, стихами: то спускаясь к временным затишьям и ненадежными Отказываюсь – быть. перемириям. В 1933 г. Цветаева записала в книжку В Бедламе нелюдей вопрос-фразу в безличной форме: «Допустимо ли в Отказываюсь – жить. каких угодно случаях жизни говорить матери: стерва С волками площадей и сволочь? Спрашиваю бывших и будущих. Дочери Отказываюсь – выть. моего поколения так говорят» .

С акулами равнин В 1933 году Цветаева пишет «Дом у Старого Отказываюсь плыть – Пимена». Ее глубоко интересуют отношения и уклад Вниз – по теченью спин. жизни в семье Д.И. Иловайского – родного деда ее Не надо мне ни дыр сестры и брата (по отцу) Валерии и Андрея. ЦветаУшных, ни вещих глаз. ева описывает не только свои детские впечатления, На твой безумный мир она рисует тонкие психологические портреты на Ответ один – отказ. фоне времени и обстановки. Яркая характеристика На начало 1931 г. приходится запись Цветаевой дается последней жене Иловайского – А.А. Коврайв тетрадь: «Сон (среди бела дня, проснулась ровно ской (Иловайской): «И вот, подсознательное (подв 5 ч.) / Мы в гостях у художников. Она и какие-то черкиваю это трижды) вымещение на дочерях собподруги. Оказывается – все перепутали: приглаше- ственной загубленной жизни. Если, в упрощающем ны на 7.30 вечера, а сейчас четырех нет. Разговор о мифе родни и дворни, Д.И. детский век “заживал“, неверности будильника». А.А. его “заедала“. Не заедала, нет. … она их Лидия, судя по всему, была обаятельна – к ней жесткой рукой зажимала, не давала им ходу, чтотянулись друзья и соседи, отсюда и какие-то подру- бы ее женские отпрыски тоже не были счастливые .

ги. Однако при всем своем радушии, будучи чело- Иное старение кормится возле молодости дочерней, веком творческим, она не менее, чем Марина Ива- это же ложилось на них могильным камнем. Я задоновна, ценила свое рабочее время, горько жалуясь в хнулась – и ты не дыши» .

В очень объемном ноябрьписьмах на его нехватку. Например, из одного пись- ском письме 1934 г. к В.Н. Буниной, полном обид и ма Лидии про Мура: «Ее дитя мне часто мешает, а негодования на своих, содержание которого Цветаона у нас всегда с ним». В следующей фразе описа- ева просит свою корреспондентку держать совсем ния сна, возможно, нашло отражение легкое, хоть и между ними, потому что это – ее «фиаско», она пискрываемое деликатной Лидией, но невольно заме- шет про мужа: «Да, он при Але говорит, что я – жиченное Цветаевой, раздражение по поводу какого-то вая А.А. Иловайская, что оттого-то я так хорошо ее их неурочного прихода. и написала». Сергей Яковлевич был внимательным Далее, естественно предположить, что в про- и пристрастным читателем .

должении записи сна отразился реальный отход Мир Али, с младенчества сосредоточенный на Али, начавшийся как раз в 1931 г.: «Выходим. Ока- гениальной, ни на кого не похожей матери, естезывается все это глубоко под водой: пруд. И вдруг ственным образом расширился, ей есть с кем и с Аля, совершенно одетая, спускается. Еле голова чем сравнивать себя и свою семью, которая тоже, в торчит. Я: – Аля! Ты с ума сошла! И тут же вижу свою очередь, не оставалась без внимания соседей .

– Мур – который весь с головой, естественно. Кра- Таким образом, те современники, в поле зрения коем водоема подходит Артемов, спускается и вы- торых находилось цветаевское семейство, отмечали таскивает Мура. Я, сильно ругаясь, особенно Алю единогласно, что мать слишком раздражена Алей и,

– за пример, прохожу по широкой внешней лестнице страстно обожая Мура, дурно его воспитывает. Люди с обоими в дом. Аля уже переоделась, посылаю ее не понимали, зачем она так дрожала над ним, перемгновенно домой за вещами Мура, выхожу с ней в кармливала его, отчего он был слишком крупным и переднюю, и, когда возвращаюсь, Мур уже переодет даже толстым. Она отвечала на это в своей тетраокончательно». (курсив мой. – М.Л.). Цветаевой ви- ди, возвращаясь мысленно к горчайшим дням своей дится отдаление от нее дочери спуском под воду – в жизни: «Quand on a un enfant qui est mort de faim, on

–  –  –

сохранился такой же напор и накал при встречах с мившись. В то время она сама выбрала улицу, где Лидией, как в разговорах со Слонимом, но все же хотела жить. Профессорская дочка, она свободно он был. Однако Лидия благодарна этим разговорам тратила деньги, отцом и дедом заработанные .

за возможность хоть на время «отрешиться и воспа- А в конце 1925 и в начале 1926 г.: «Я живу не рить», даже если это заставляло напрягаться. в Париже, а в таком-то квартале». «Никуда не хожу, То, что попадало в письма и записи каждой из п.ч. нечего надеть, а купить не на что.... Меня приних, могло предшествовать грядущим разговорам, глашают в целый ряд мест, а показаться нельзя, п.ч .

или, наоборот, быть их следствием. ни шелкового платья, ни чулок, ни лаковых туфель Возможно, разговоры о Париже относились к (здешний – «uniforme»). Так и сижу дома, обвиняечислу «утомительных», поскольку взгляд сильно мая со всех сторон в “гордости“». К 1929 г. кристалразнился, но и интересных разговоров. лизуется формула: «Слишком залюбленный город, я Цветаевский Париж осени 1925 года («Гнилой актерам не поклонница». В 1934 г.: «Мне в Париже канал, неба не видать из-за труб, сплошная копоть неплохо (не хуже, чем в любом месте, которого я не и сплошной грохот (грузовые автомобили). Гулять выбирала)». Бывало, что ее приглашению к ней в негде – ни кустика») – не тот Париж, когда ей было гости сопутствовал сорт ревности: «Во-первых, вышестнадцать лет: свободный, уединенный, весь в ясним, чего Вы хотите: меня – или Парижа? Или – книжных лотках вдоль Сены, когда она училась в меня и Парижа? Или – Парижа и меня?» Взгляд на Альянс франсез. В это время на лекциях француз- Париж, однако, смягчался по мере того, как во втоских профессоров, а может и еще раньше, она уз- рой половине 30-х приближалась неминуемая дата нала Франсуа Вийона, или, как тогда еще писали отъезда: «После себя в Париже могу сказать: Париж по-русски, Виллона. Войдя так рано в ее жизнь, он хорошо воспитан» .

и в 1932 г. дает ей повод для размышлений: «Раз Давно известные только в мире стихи писались всерьез: Виллоно- стихи «Adieu, plaisant ва баллада Парламенту о помиловании30, баллада о pays de France…», счивисельниках31, вообще – весь Виллон». Строчка из тающиеся написанными стихотворения того же года «Родина» – «Чужбина, Марией Стюарт в связи с родина моя!» – перекликается со строкой Вийона из ее отбытием из Франции, «Баллады (написанной для состязания в Блуа)». Кто дают Цветаевой повод к только не переводил и в одно время с Цветаевой, до собственному прощальи после нее: у В. Жаботинского «В своей стране – я ному стихотворению на земле чужой»; У И. Эренбурга: «На родине, где «Douce France». Но здесь звук и вид мне каждый далек и чужд»; У Сергея Пе- еще, вероятно, сказались трова: «Чужбина мне – страна моя родная»; У Юрия не только впечатления и Корнеева: «В краю своем в изгнанье изнываю», но ассоциации от вышеду Цветаевой не перевод, а только повод, чтобы вы- шего в 1935 году романа разить свою, ни у кого не занятую, ее единоличную Стефана Цвейга «Мария мысль о том, что есть ее родина. Стюарт», но и от амеУ Лидии в одном из писем тоже встречается риканского фильма 1936 строчка из «Баллады о дамах прошлых времен»32 года о шотландской короВийона: «Да, давно я настоящего снега не видела! Статуя Марии Стюарт леве34. А статуя, поставMais o sont les neiges d’antan?».33 ленная ей среди других После совместной с Сергеем Прокофьевым по- двадцати, высеченных из белого мрамора, королев и ездки к Цветаевой в Мёдон в 1931 году, М.Л. Сло- замечательных женщин Франции в Люксембургском ним приводит в воспоминаниях о ней собствен- саду, была знакома Цветаевой с юности .

ные заметки, сделанные сразу после возвращения: Лидия Никанорова еще в своем дневнике, котоМ.И. была очень рада нашему посещению, накор- рый вела в Константинополе, записывает в востормила нас супом, читала свои стихи и много шутила. женных тонах в 1922 г.: «Да, так неудержимо хочетКогда Прокофьев в разговоре употребил какую-то ся в Париж! Там бьется сердце мирового искусства, поговорку, М.И. тотчас обрушилась на пословицы там слагаются неписанные законы обновляющегося вообще – как выражения ограниченности и мнимой художественного сознания, там самый воздух насынародной мудрости. И начала сыпать своими соб- щен ферментами творчества. Как некогда в Афинах ственными переделками: “Где прочно, там и рвет- или во Флоренции Медичи – теперь в Париже “свяся“, “С миру по нитке, а бедный все без рубашки“, тые места“ искусства» .

“Береженого и Бог не бережет“, “Тишь да гладь – не Жизнь по приезде в Париж с самого начала Божья благодать“, “Тише воды, ниже травы – одни была трудная, условия самые примитивные в жимертвецы“, “Ум хорош, а два плохо“, “Тише едешь, лище, которое Лидия всегда называет в письмах не никуда не приедешь“, “Лучше с волками жить, чем иначе, как «тараканья щель». Чтобы «пользоватьпо-волчьи выть“. Прокофьев хохотал без удержу». ся» Парижем – этим неиссякаемым источником Будучи неравнодушной к вийоновским Балладам богатств, пишет Лидия, «как нужны здесь деньги, «Пословиц» и «Истин наоборот», Цветаева, скорее иначе дни уходят на бессмысленное переливание сознательно, нежели бессознательно, сведя их вме- из пустого в порожнее в борьбе за существовасте, шла с русским материалом по стопам своего ние». Париж приносит ей ощущение того, что в французского собрата XV века. нем «как щепочка в водовороте завертишься», что В свой первый приезд Цветаева прожила в Па- в нем утомительно «дышать копотью, бензином и риже 5 месяцев совсем одна, ни с кем не познако- прочей цивилизацией», в нем «кругом автомобили,

–  –  –

встает, / Особенно рябина...» в «Тоске по родине» .

(курсив мой. – М.Л.). Реальный юг, где она оказалась летом 1935 года, во всем уступает воображаемому северу: «La Favire – роскошное место, природой роскошное, а я никакой роскоши, пишет она Наталье Гайдукевич, никогда не терпела, кроме словесной .

… Здесь: пальмы, кактусы, эвкалипт, кипарис, мирт, мимоза, олеандр. … Дальше – море, тоже – роскошь – драгоценное... нестерпимо великолепных цветов. И приморские Альпы. И – виноградники .

… Такую природу трудно любить. Мне – трудно .

… Я куда более любила мой единственный и одинокий можжевеловый куст в Чехии, чем все фавьерские олеандры и тамариски. Нельзя любить Ботанический сад» .

Глубокий интерес к местам обитания был свой- Л. Никанорова. Рыба. Корсика ственен и Лидии. И не только к Турции, Парижу, Корсике, где ей довелось жить, но и к Италии, ко- Америка – Северная и Южная, которая в те торую она любила, увы, тоже только заочно – по годы была на слуху (велась переписка с родными и прочитанному и по увиденному на репродукциях и друзьми, оказавшимися там в эмиграции, туда стрефотографиях. «Мне теперь даже кажется, – пишет мились попасть на заработки европейские эмигранона другу, узнав, что он поедет в Италию, – что од- ты) и на виду (богатые американцы, прибывавшие ному тоже очень хорошо путешествовать – больше во Францию прожигать жизнь в многочисленных углубляешься, переживаешь, переносишься .

Там все барах, ресторанах, кабаре, скупать предметы рочудесно. Ravenna мне знакома по книгам и лекциям скоши, произведения искусства были более замето ее византийских памятниках. Стихи Блока о ней ны, чем скромные служащие и писатели – будущие тоже люблю.... какое счастье побыть среди этих знаменитости) поневоле оказалась в поле зрения и мозаик, так таинственно и чудесно мерцающих сре- слуха Цветаевой и Никаноровой, и их отношение к ди полумрака. Я обязательно поеду в Италию, но Америке было прямо противоположным. Цветаеву только не теперь. Италия – моя мечта давнейшая». В Америка страшила, о чем она пишет Р.Н.

Ломоносодругом, более раннем письме: «Если на будущий год вой: «Вы живете в стране, которой я всегда боялась:

заработаем, то поедем на все лето в Италию. Мне не два страха: по горизонтали – отстояния от всех друхочется ехать туристкой, а хочется пожить и изучить гих, водной горизонтали, и по вертикали – ее этаполучше». жей. Письмо будет идти вечно через океан и – вторая И вот на Корсике Лидия как раз может быть вечность – на стосороковой – или сороковой – этаж .

«не туристкой», здесь у нее оказалась возможность Письмо не дойдет, или дойдет уже состарившимся .

«пожить и изучить» – это ей совершенно необходи- Не моим … На ездящих в Америку – на столькомо для души и для работы, поскольку в работу она то, т.е. определенный, или назначенный срок – и из вкладывала всю душу. Корсику Лидия полюбила с нее возвращающихся смотрю как на чудесные чупервого взгляда и до последнего. Ее увлекает каж- довища, существа с Марса или далее». Лидия же дый пейзаж, будь то из окошка снятого домика или полна интереса к заокеанскому континенту вплоть увиденный во время пешей или морской прогулки до готовности туда отправиться: «Я не знаю, – пина лодке, цветные камешки, оливы и другие расте- шет она другу в мае 1929 г. – как ты воспринимания, животные, люди, их занятия, язык, обычаи. «А ешь Америку; я же к ней полна симпатии. Ведь уже как хорошо здесь! – пишет она осенью 1927 года. – наскучило слушать о ней, как о чем-то отрицательВот второй год, и все не кончается восторг! Худож- ном. Особенно французы ее критикуют, иронизирунику не надо много разнообразия. Художественные ют. … Мне очень хочется попасть в Америку, но впечатления нужно углублять. Все прошлогодние мы не рискуем ехать туда без “контракта“, но жить “этюды“ (места, с которых я писала свои этюды) я я все-таки хотела бы в Париже». Поговорив с одним вижу по-другому и вновь их жажду написать». И из очевидцев, вернувшимся из Аргентины, Лидия с она пишет скалы, море, вид на цитадель, оливковые полным доверием к его впечатлениям констатирует, деревья, парусники... Они лишь угадываются на фо- что «все сказки об Аргентине, об необыкновенном тографии зала ее единственной выставки в Париже богатстве и т.д. печально испарились после его расгода, там видна и акварель рыбы, которую она сказов. Богаты лишь большие скотоводы и землевкогда-то описала в письме другу: «Вчера купили у ладельцы – остальные рабы и притом дикари в букрыбака такого чудного красного бульдога – рыбу, я вальном смысле – эксплуатация труда невероятная, не знаю, как называется, очень занятная и по цве- условия жизни чуть ли не пещерные. Русские коту и по форме. Целый день писала “Nature morte“, лонии страшно бедные, как и все другие – не могут а вечером съели великолепную уху». По сохранив- заработать даже на передвижение, уже не говоря о шимся, к счастью, оригиналам нескольких мастер- возможности вернуться. Занятно все же, как русски выполненных акварелей можно судить, каким ские разбросаны – где их только нет». Но обе – и глубоким и любовным было чувство Лидии к этому Никанорова, и Цветаева – сходятся в ироничной накраю, а в ее письмах много говорится о том, сколько блюдательности за заокеанскими представителями и ей приходилось работать, чтобы найти в живописи представительницами. У Цветаевой рождается один свой собственный, ни на кого не похожий, взгляд. из ее многочисленных ярких афоризмов: «Любить красавца, это слишком похоже на шалости старых лечениий поэзией, она так дает знать: «Я в последамериканок». У Лидии есть больше возможностей нее время увлекалась Борисом Пастернаком. Мне он наблюдения за американцами, будь то покупатели кажется лучшим и хорошим, значительным. Здесь работ Георгия или туристы, пришедшие на Корсику его тоже очень ценят. Напиши, что ты думаешь. Вот на роскошных яхтах. Она так передает, в частности, прозу его еще не удалось читать – говорят, замечачьи-то впечатления: «Рассказывают про одну аме- тельная» .

риканку, которая признавалась, что она была разо- Не будет никакой натяжки, если в данном кончарована в русских романах, написанных русскими тексте заменить безличные «ценят» и «говорят»

авторами – в них было мало оригинального, жизнь именем Цветаевой. Это она, писавшая именно в слишком была похожа на ту, что и в других странах это время свою вещь «Эпос и лирика современной

– американские написаны про русских гораздо инте- России», под которой подписала «Кламар, декабрь, реснее, в них больше “русского“». 1932», не могла не говорить о Пастернаке, не читать Названий книг, имен авторов – русских, фран- его стихи, не давать им объяснений. Возможно, уже цузских, немецких – встречается в письмах очень с более сложившимся мнением и не так восторженмного. Лидия свободно читает по-французски и уве- но, как это было с десяток лет назад, еще в Чехии, по ряет своего корреспондента: «Ты напрасно думаешь, описанию О.Е. Колбасиной-Черновой: «В этот перичто я не знаю французской литературы. Я уже рань- од я и вся наша семья открыли Пастернака – восторг ше была приготовлена, я много читала еще в Рос- и удивление Марины Ивановны, для нее Пастернак сии французских классиков, да у нас их неплохо был “взрыв, обвал, удар“. Она сразу почувствовала изучали в пансионе. Так что приехала уже подго- его величину и сказала: “Он сейчас больше всех, товленная». Она часто цитирует по памяти строки большинство из сущих были, некоторые есть, он любимых поэтов, перечисляет названия «модных» один будет“. Вдруг в заброшенном Смихове, в мафранцузских книг, делится впечатлениями от про- ленькую комнату, где нет ни кресла, ни ножей, ни читанного, усиленно рекомендует своему корре- вилок, врывается ливень Пастернака. Мы перебиваспонденту ту или иную книгу, старается даже что-то ли друг друга, в три голоса говорили его строчки» .

посылать. В свою очередь, искренне благодарит за В тетради Цветаевой сохранилось письмо Папосланные ей книги, не скрывает свое неудоволь- стернаку, над которым стоит дата 25 июня 1931 года, ствие, если книга ей не нравится. Несомненно, что про которое она сама не помнила при переписке разговоров о книгах в кламарском домике и садике его в 1938 г., «отослано ли». Письмо начинается с было предостаточно – Цветаева очень много читала того, что накануне практически бессознательно, она на трех языках. Английского, о котором обе сожале- впервые повесила на стену фотографию Пастернали, они не изучали, но Лидия начала брать уроки и ка – «молодого, с поднятой головой, явного метиса, читать по-английски на Корсике. Названия упомяну- работу отца». Дальше она дает ему и самой себе обътых Лидией книг и имена отмеченных ею писателей яснение: «Когда я – т.е. все годы до – была уверена, встречаются и в тетрадных записях, и письмах Цве- что мы встретимся, мне бы и в голову, и в руку не таевой со свойственным ей точным и тонким анали- пришло так выявить тебя воочию – себе и другим .

зом. Ты был моя тайна – от всех глаз, даже моих. И только Обсуждения книг, фильмов – они могли себе по- закрыв свои – я тебя видела – и ничего уже не видела зволить иногда пойти в кино, которое обе любили кроме. Я свои закрывала – в твои. Выходит – сейчас («Из всех видов зрелищ, – пишет о матери Ариадна, я просто тебя из себя – изъяла – и поставила – как

– предпочитала кино, причем “говорящему“ – не- художник холст – и возможно дальше – отошла. Темое, за бльшие возможности сотворчества, сочув- перь я могу сказать: – А это – Б.П. лучший русский ствия, совоображения, предоставлявшиеся им зри- поэт, мой большой друг, говоря этим ровно столько, телю») – происходили не только в домике с садиком. сколько сама знаю. Морда (ласкательное) у тебя на Обеим необходим был медонский лес: Лидия брала нем совершенно с Колониальной выставки». В письс собой собаку, Цветаева была с детьми или толь- ме отразились и вполне земные приметы наблюдеко с Муром, когда удавалось Алю на лето отправить ния за художниками во время их работы, и посещена море к друзьям Лебедевым. Со слов Ариадны, ее ние Колониальной выставки. Возвращаясь в своих мать «радовалась более, чем купленному, “добыче“: записях и мыслях ко времени разгара ее переписки собранным грибам, ягодам» .

с Пастернаком, Цветаева вполне могла вспомнить в Бывало, что из-за напряжения и усталости Цве- разговорах с Лидией необыкновенный, как бы ститаева не слишком внимательно прислушивалась к хийный, полный для нее значения, вшенорский летфактам биографии Лидии и Жоржа. Так она в фев- ний эпизод 1925 года: «Предгрозовой вихрь. Подвяральском письме Вере Буниной 1934 года ошибоч- зываю в саду розовый куст. Почтальон. В неурочный но называет его кубанским, а не донским казаком и час. “Pani Cvetajeva“. Протягиваю руку: бандероль .

неправильно указывает название музея, купившего И – почерк Пастернака: пространный и просторный деревянную скульптуру Артемова. И Лидия, занятая – версты. Книга рассказов, которую я тщетно (40 своими мыслями о работе или о хлебе насущном, не крон!) мечтала купить на советской книжной слишком внимательно вслушивается в отчет Цве- выставке. А до этого сон – буйный и короткий, протаевой о прошедшем вечере, на котором читалась сто свалилась, сонная одурь, столбняк. Проснулась «История одного посвящения» и неточно передает в в грозу, потянуло к розе и получила в раскрытую письме историю взаимного писания стихов Цветае- руку – Пастернака». Подобное по смыслу стечение вой и Мандельштама. обстоятельств вокруг французского поэта описываВ 1932 году Лидия написала большое, но един- ет Лидия другу в летнем письме 1931 гда: «Сегодня ственное за этот год письмо. Об одном из новых ув- со мной интересный случай. Пришла мне в голову

–  –  –

она так и не попала – «очень дорого. Мы во всем она получала достаточно, чтобы хватало на жизнь .

себе отказываем, чтобы поехать на Корсику». А Примерно с конца 1926 года Лидия тоже начивот Цветаева, которая в сторону театра никогда нает жаловаться на недостачный заработок: «...осоособенно внимательно не смотрела и не сожалела, бенно сокращают расходы на “предметы роскоши“ что не может увидеть гастролирующих в Париже – под которую рубрику мы целиком подходим. Пантаировцев, мейерхольдовцев, вахтанговцев, как но наши висят, насчет заказов кормят обещаниями .

раз на Дягилева ходила, что отмечено ею в пись- “Ручек“ и подобных работ почти нет». Но пока поме лета 1929 г. к С.Н. Андрониковой-Гальперн: ложение их семьи – их всего двое, не считая собаки «Была на Дягилеве, в Блудном сыне несколько ум- и даже собак – относительно стабильное. Однако ных жестов, напоминающих стихи (мне – мои же): всегда есть долги, и стоит только, заработав, расплапревращение плаща в парус и этим – бражников титься, тут же возникают новые .

в гребцов». Или она сама «разорилась» на билет В 1927 г.: «Живем в вечном преодолении – кажв эти же дни удачно прошел ее совместный с дый день отбиваем атаку за атакой в борьбе за сущеС.М. Волконским литературный вечер, либо полу- ствование. Большой интересной работы нет: кризис чила билет в подарок от того же Волконского или все продолжается. Приходится брать, что попадает Николая Гронского. А за год до этого – 17 июня в руки, часто за бесценок»; «Этот год нелегко нам 1928 года – вахтанговцы, которые давали в Пари- дался; если бы не Жоржева пенсия, которая как с же «Чудо Святого Антония», ей даже помешали в неба упала (выхлопотали знакомые), то пришлось проведении вечера, о чем она пишет на следую- бы сидеть в Париже, в своей тараканьей щели»;

щий день С.Н. Андрониковой-Гальперн: «Мне не «Вообще очень мало работали, а жили в бедности»;

повезло: вчера и единственный спектакль Анто- «Утомительно жить в бедности – столько теряешь ния, и половина моей публики ушла туда». Но вос- времени!» .

кресить прошлое, обернуться назад – всегда была В 1928 г.: «Дела наши все еще не устроены. И рада. Эпизод из «Повести о Сонечке»: «Я гуляю со это неопределенное положение портит жизнь и насвоим двухлетним сыном по беллевюскому пар- строение. Безденежье не позволяет выполнить намеку – Observatoire. Рядом со мной, по другую мою ченную программу»; «Как хотелось бы иметь посторуку, в шаг моему двухлетнему сыну, идет Павлик янные деньги, чтобы спокойно работать. Ведь имеет А., приехавший со студией Вахтангова. У него уже же право каждый человек на самое насущное! И две дочери и (кажется?) сын». какая несправедливость, ему даже в этом отказано»;

В конце 1925 – начале 1926 года Лидия, опи- «Все еще ничего не продали, но продаем, волнуемся сывая со слов Муны бедственное положение Цве- и занимаем повсюду»; «Никогда не можем урегулитаевой, «несмотря на то, что она всюду печатает» и ровать нашу жизнь в материальном отношении» .

называя ее с мужем «безалаберными людьми», смо- В 1929 г.: «А мы живем здесь скромненько. В трит на них со своей еще на тот момент более-менее долгу, как в шелку»; «Дела наши в этом году идут спокойной, обеспеченной регулярными заказами и очень плохо.... Залезли страшно в долги»; «У нас упорным трудом, стороны: «Мы заработали тысяч вообще около 25 т. долгу. Правда, деньги мы должны 40, но, конечно, много ушло на материал и опла- заплатить лишь тысяч 10, остальное работой» .

ту “помощников“. Ну, в общем, у нас осталось для В 1930 г.: «В этом году вообще ничего не продаКорсики 12 тыс., но мы кое-что купили: и краски, и ется – во всей коммерции застой. Зима была трудная .

одежду». Наделали много долгов, а теперь расплачиваемся .

Даже если самым кратким пунктиром обозна- Тем более есть небольшие заказы, да кончаем один чать основные события жизни и творчества Цвета- большой». В том же 1930 г. последняя – неудачная – евой этого времени, то здесь можно только пора- поездка на Корсику, покупка небольшого домика в жаться невероятной интенсивности работы ее души Кламаре в кредит .

и мысли, ее несравненной творческой энергии и В 1931 г.: «Кризис не разрешается, и наше дело необъяснимой для простых смертных трудоспособ- катастрофично»; «Уж очень утомительно наше дело ности: в 1925 и 1926 году (рождение и раннее мла- тем, что уж очень все у нас неопределенно, без всяденчество Мура, регулярные, изо дня в день уроки кой уверенности в завтрашнем дне – этим платится французского языка Але, примитивнейшее хозяй- наша свобода, так нам необходимая в деле. А жалуство с хождением за водой, топкой печей в Чехии, ешься лишь потому, что опять эта борьба за сущеподготовка к переезду в Париж с детьми, жизнь ствование отнимает столько прекрасных возможновсей семьей в одной комнате в квартире у Черно- стей в нашей работе»; «Это лето (и до сих пор) у нас вых, проведение двух вечеров чтения в Париже и трудное, беспросветное безденежье. Держимся лишь в Лондоне, отбытие в Вандею, возвращение, по- кредитами в соседних лавочках, где, к сожалению, иски жилья и устройство в Бельвю) написаны ста- такое доверие к нам, что долги выросли в несколько тьи, поэмы, стихи, почти по сотне писем в каждом тысяч»; «Вот уже два года бьемся как рыба об лед» .

из этих двух лет, среди адресатов которых Пастер- В 1933 г.: «Кризис затянулся, и нам очень труднак, Рильке, Тескова, Колбасина-Чернова и другие. но живется. Масса сил уходит на борьбу за сущеВ «Воле России» публикуется очерк «Герой труда», ствование. К этому мы еще не кончили платить за поэма «Крысолов», «Поэма лестницы»; в «Верстах» наш дом, и бывшая хозяйка нам всякими способами

– «Поэма Горы»; в «Ковчеге» – «Поэма Конца». Цве- отравляет жизнь вплоть до судебных следователей таева в самом деле в это время «много печатает» за каждые платежи. Но все же кое-как выбиваемся .

нового в Праге, Париже и Брюсселе, редактирует Залезли кругом в долги, и все деньги при получении и публикует то, что написано было еще в России. уходят на их покрытие. Таким образом вечное безНо из этого, увы, совершенно не следовало, что денежье» .

–  –  –

Pierre Brossolette (рю Пьер Бросолет). И с глубины какой земли на свет взойдешь .

Улица была переименована. Современное название:

–  –  –

в августовском письме к А. Берг 1938 г.: «Когда Наташа была Одно из наиболее известных произведений Вийона, комаленькая, она часами рассказывала – всем и каждому – торое переводили на русский В.Я. Брюсов, Н.С. Гумилев про ее (она заикается) “какашки“ (кa-кa-кa-кашки!), и из- (1913), И.Г. Эренбург (1916) и позже многие другие .

редка про кашки (рисовая и манная)» .

«Но где же прошлогодний снег!» (фр.) .

Американский фильм 1932 г., оригинальное название

–  –  –

Библиография Цветаева М.И. Собрание сочинений: В 7 т. / Марина Цветаева; сост., подгот. текста и коммент. А.А. Саакянц и Л.А. Мнухина. – М.: Москва: Эллис Лак, 1994 – 1995 .

Цветаева М.И. Неизданное: Записные книжки: в 2 т., Т.1, 2 / Марина Цветаева; Сост., подгот. текста, предисл .

и примеч. Е.Б. Коркиной и М.Г. Крутиковой. – М: Эллис Лак, 2000 – 2001 .

Цветаева М.И. Неизданное: Сводные тетради / Марина Цветаева; сост., подгот. текста, предисл. и примеч .

Е.Б. Коркиной и И. Д. Шевеленко. – М: Эллис Лак, 1997 .

Цветаева М.И. Письма к Анне Тесковой / Марина Цветаева; сост., подгот. текста и коммент. Л.А. Мнухина .

Вступ. ст. А. Главачека. – М.: Мемориальнвый Дом-музей Марины Цветаевой в Болшеве, 2008 .

Цветаева М.И. Письма 1923 – 1927 / Марина Цветаева; сост., подгот. текста и коммент. Л.А. Мнухина. – М.: Эллис Лак, 2013 .

Цветаева М.И. Письма 1928 – 1932 / Марина Цветаева; сост., подгот. текста и коммент. Л.А. Мнухина. – М.: Эллис Лак, 2015 .

Цветаева М.И. Письма к Наталье Гайдукевич / Марина Цветаева; сост., подгот. текста и коммент. Л.А. Мнухина. Вступ. ст. В. Завистовского. – М.: Руский путь, 2003 .

Марина Цветаева в воспоминаниях современников. Годы эмиграции / сост. Л. Мнухин, Л. Турчинский. – Москва: Аграф, 2002 .

Лосская В.К. Марина Цветаева в жизни: воспоминания современников / Вероника Лосская. – М.: Прозаик, 2011 .

–  –  –

Дом 51/1373, Шведская улица, Прага (район Смихова), в котором проживала М.И. Цветаева в 1923г.г., о чем свидетельствует мемориальная доска с ее портретом и стихами, обращенными к чехам

–  –  –

Городок очень живописен — средневековые стены на скалах, стена, как скала, с узкими уличками итальянского типа, народ симпатичный .

(Из письма Л.А. Никаноровой с Корсики 17.03.1926) .

Фото Евгения Ломовского

–  –  –

Устроились мы чудесно, под Парижем, в лесу – и в каком!

Огромном, старом, на много верст.… в 3 минутах ходьбы – большой пустынный парк с обсерваторией (соседство звезд) .

(Из письма М.И. Цветаевой 12 октября 1926)

Л. НИКАНОРОВА И Г. АРТЕМОВ В КЛАМАРЕ

–  –  –

ФОТОПРОЕКТ «ВРЕМЯ ЧИТАТЬ»

Авторы фотографий – участники «Творческой мастерской визуальной коммуникации Ярославы Евдокимовой» Анастасия Чернышева и Екатерина Кильянова .

–  –  –

Екатерина Кильянова Фото Екатерины Кильяновой Светлана МАТЛИНА, член Союза писателей России, лауреат премии им. И.А. Гончарова, первый лауреат Благовской премии .

В МАЛОЙ СФЕРЕ

БЫТИЯ…

ИЗ НОВОЙ КНИГИ СТИХОВ «ОТЧЕЕ СЛОВО»

–  –  –

Прощанье, прощанье, прощанье В ней ветер осенний трубит Меж прутьями тонких ракит… Прощанье – и встреч обещанье Под сереньким небом любви .

О родина многострадальная, Тебя никогда не забыть!

Как звоны в равнинном, дальнем Тебя из души не избыть!

Незрелою гроздью калины Рассвет твой тяжелый горит И белым рыдающим клином На ленточке слабой зари .

–  –  –

Александр НИКОНОВ, член Союза писателей России, Димитровград .

ВАСЬКИНА СУДЬБА

рассказ В последние месяцы Василий все больше лежал на горячей печи, устроившись в ворохе шобонов, и дремал, прислушиваясь к шумам в избе. Да и куда пойдешь: зима, морозы, только за порог – вмиг лапы обморозишь. Утро. Тишина. Вот что-то скрипнуло, потом зашоркало по полу – это полуслепая бабушка, поднявшись с сундука, что-то бормоча под нос, пошлепала к двери: видно, пошла во двор .

Холод из сеней дыхнул морозным паром, поднялся наверх и добрался до Васьки .

Васька поежился, передернулся всем телом и полез под старое, дырявое ватное одеяло. Он знал, что теперь долго, до самого обеда, его больше никто не побеспокоит – ребятишки, так донимающие и гоняющие его с места на место, убежали в школу, а их родители ушли на работу. Но никто так не любил Ваську, как одиннадцатилетний пацан, как выяснилось из разговоров домашних, почти его ровесник .

Он почему-то всегда пытался его пнуть, засунуть в хайло печи и закрыть заслонку, облить водой на морозе или строить угрожающие рожи и рычать по-собачьи, хватать за шкирку и сбрасывать на пол, чтобы освободить себе место на горячих кирпичах. Правда, Васька, всегда готовый к его пакостям, давно научился увертываться от него и сам при первой же опасности спрыгивал с печи. Васька зевнул, подмигнул глазом таракану, вылезшему из щели, и спрятал голову под лапы .

Васька появился в доме своих хозяев благодаря старшей дочери, которая, возвращаясь с улицы, нашла его в сенях, примерзшим к полу. Окотившаяся кошка облизала четырех только что родившихся котят и совсем не обратила внимания на последыша, появившегося на свет. Она посмотрела на него, словно на чужого, и равнодушно отвернулась. Кошка перетаскала новорожденных на старую фуфайку, валявшуюся в углу сеней, заботливо накрыла их своим теплым телом, а про пятого

–  –  –

Ухо ему откусил соседский пес, который почему- вот появился и он. Васька выгнул спину, зашипел. Но то возненавидел Ваську с самого первого дня. Он странно: пес никак не реагировал на воинственность словно специально устроил на него охоту: сидел у своего соседа, он лишь искоса взглянул на кота и горкалитки васькиного дома, постоянно лаял, будто пы- до прошествовал мимо, подняв хвост. Видно, он уже тался вызвать на дуэль. Хотя какая дуэль, если Васька чувствовал себя победителем, героем, и ему было доне сделал ему ничего плохого. Вон, звонкоголосая статочно одного боя, чтобы утвердиться в своем неДамка, которая жила у хозяев, никогда его не трогала. оспоримом превосходстве над своим извечным враНаоборот, когда наступали холода, они устраивались гом .

на овечьей подстилке вместе, тесно прижавшись друг Любила Ваську разве что девочка, которая откук дружке, чтобы не замерзнуть. Васька поначалу поба- да ни возьмись появилась у хозяев. Сначала она была ивался соседского пса, а затем привык к его лаю. Ино- маленькой и так кричала по ночам, что ему приходигда, чтобы подразнить его, Васька взбирался на забор лось уходить ночевать в сени или в сарай. Но вот деи лениво, подняв свой пушистый хвост и не глядя в вочка подросла, встала на ножки, залопотала. Часто, сторону врага, прохаживался по нему взад-вперед. когда он устраивался с комфортом на новом диване,

Пес от такой наглости пораженно замолкал, а затем девочка садилась рядом, гладила его пухлой ручонс хриплым, истошным лаем начинал бросаться на вы- кой по шерсти и приговаривала:

сокий забор, пытаясь достать кота, схватить за глотку – Котик, котик, какой ты холосенький. Какая у и растерзать. тебя мягкая солстка, какие у тебя класивые усики. ХоИ все же однажды Васька потерял бдительность. лосый мой, Васенька .

Пес не появлялся дня два, почему, кот не знал, навер- Васька млел от непривычной ласки, жмурился и но, у злюки появились другие дела, или хозяин, заяд- урчал от удовольствия. В такие моменты жизнь ему лый охотник, взял его на охоту. Васька высунул голову казалась прекрасной. И если бы он мог плакать, он и в подворотню, сторожко огляделся – никого. Отошел заплакал бы.

Но вот появлялась бабушка, которая, увина три шага от калитки и стал валяться в густой траве, дев кота вместе с внучкой, грозно кричала:

не забывая пощипать сладкой свежей зелени. Ах, как – А ну, брысь отсюда! Еще наградишь дитя блохаприятно! Солнышко греет бока, надоедливые блохи, ми, паршивец этакий!

проклятые, выскакивают из шерсти. И в этот момент, Кот убегал, а девочка начинала плакать. Бабушка когда Васька, лежа на спине и раскинув лапы, рас- ее успокаивала, а внучка плакала еще сильнее. Бабушслабился, краем глаза он неожиданно заметил, как ка, прижав ее головку к своим коленям, шептала:

из-за забора молча выскакивает его враг и, оскалив – Вот беда-то, вот беда-то. Да успокойся, придет красную пасть и роняя белую пену, со всех ног мчит- твой Васька. Искупать бы его, что ли, а то принесет кася к нему. Васька пружиной встал на ноги. Надо бы кую-нибудь заразу .

юркнуть в подворотню или взобраться на забор, но Пытались, пытались его купать в корыте, но Васьпоздно – враг уже рядом. Васька выгнул спину, взды- ка поцарапал хозяйку, вырвался и убежал .

бил на горбу шерсть, оскалил морду и зашипел, всем Следующую свою отметину Васька получил, когвидом давая понять псу, что он готов сражаться до да молодая телка с короткими, но острыми рогами конца – не на жизнь, а на смерть. принесла по весне приплод – бычка. Бычок был черПес от неожиданности остановился, притор- ный, с белыми отметинами. Появившись из чрева мамозив лапами, снова оскалил пасть, обнажив острые тери, он, мокрый и дрожащий, заревел. Мать, вращая клыки, и зарычал. Противники долго стояли друг про- белками глаз, тоже замычала, приветствуя появление тив друга, кружа и угрожая рычанием и шипением. на свет своего первенца. Васька был тут как тут. ДымяКаждый выбирал момент, чтобы ухитриться нанести щийся послед плода лежал на соломе. Он так и припоследний, решающий, удар. Пес был раза в четыре тягивал к себе кота запахами, свежей кровью. Косясь крупнее Васьки, он наступал, чтобы приблизиться на корову, Васька подкрадывался к добыче. Та будто к врагу, схватить его за шкирку или за глотку и если ничего не замечала, только тяжело вздыхая и иноне задушить, то основательно потрепать. Кот мол- гда поглядывала на своего первенца. Улучив момент, ниеносно выкидывал лапу с выпущенными острыми когда, казалось, корова отвернулась и не могла видеть когтями, грозя выцарапать псу глаза, отчаянно виз- его, Васька бросился к добыче, вцепился клыками жал, топорща усы и скалясь. Пес на какое-то время от- в теплую мякоть последа и потащил его в угол. Он и ступал, а затем снова бросался на своего врага. Васька не заметил, как корова мотнула головой, подцепив не выдержал натиска первым, отскочил в сторону и кота острым рогом под правый бок, и подбросила уже хотел вскарабкаться на забор, но пес изловчился его вверх. Васька истошно завизжал от боли, нескольсхватить его за ухо. Кот завизжал, рванулся из послед- ко раз перевернулся в воздухе и, приземлившись на них сил, оставив кончик своего уха в пасти противни- лапы, стреканул на сеновал. Бок был распорот. Боль ка, и юркнул в подворотню. была такой сильной, что она заставляла Ваську исПосле этого боя Васька несколько дней прова- тошно стонать. В хлев прибежали хозяева и засуетилялся под крыльцом. Зализать рану языком он никак лись у приплода. Васька не обращал на эти хлопоты не мог, кот мочил слюной подушечку своей лапы и никакого внимания, он лишь жалобно пищал и залидолго тер рану, пока она не затянулась окончательно. зывал свою рану .

Отощавший и ослабевший после ранения Васька, на- Очередное свое увечье Васька получил, когда конец, вылез на свет божий и с жадностью набросил- он подкрадывался к воробьям, выклевывавшим из ся на объедки, которые ему оставляли хозяева. Про- свежего лошадиного помета зерна овса. Оседланная шла еще неделя. Но не будешь же вечно скрываться! лошадь стояла привязанной к забору и, казалось, не Однажды кот осмелился, снова вскочил на забор и обращала никакого внимания на возню под своим сел на торец столба. Пса не было, долго не было. Но хвостом. Васька не раз охотился на пернатую дичь, как говориться, на живца. Он знал, что, увлекшись по- межки, от одного пойманного мыша до другого. Но исками корма в свежем помете, воробьи притупляли сейчас для него время словно остановилось, не было свою бдительность и становились легкой добычей. у него ориентира: ни воли, ни еды, ни охоты, ни свеВот и сейчас он, скрываясь в высокой траве, под- та – сплошная темнота. Но вот машина остановилась .

ползал к своему обеду. До дичи оставалось метра два. Хозяин вынес его из кабины, открыл сумку:

Васька приподнялся на лапах, напрягая все мускулы – Ну, вот, Васька, приехали, вылезай. Иди, брат, тела, стрелой бросился в стаю и схватил замешкавше- куда хочешь. Авось, выживешь .

гося молодого воробья за хвост. Да не тут-то было: во- Васька вылез из сумки – луг, трава, вдали деревья .

робей вырвался и с громким щебетанием вспорхнул Жалобно промяукал, глядя на хозяина. Тот вздохнул, на ветку высокого тополя. Васька лишь облизнулся, залез в кабину, вытащил из бардачка сверток, развыплевывая из пасти птичий пух. Неизвестно, то ли вернул бумагу и положил на землю свой обед: хлеб с от неожиданности, то ли от испуга лошадь взбрык- колбасой и сыром. Затем в отчаянии махнул рукой, нула и ударила Ваську копытом по ноге. Пролетев по отчего-то выматерился, залез в кабину и дал газу. Кот воздуху метров десять, кот приземлился в соседском долго смотрел вслед удаляющемуся грузовику, за коогороде и завыл от боли. торым поднимались пыльные вьюги. Пробежал за И вот прошло уже одиннадцать лет. Как-то вече- ним несколько метров, жалобно мяукая, а затем верром, когда хозяин пришел с работы и уплетал за сто- нулся – там еда .

лом щи, к нему как бы ненароком подсела бабушка и Свобода! Но сейчас она Ваську совсем не радовазавела разговор: ла. Он долго сидел на одном месте, глядя на солнце,

– Сынок, мышей и крыс много развелось: и в чу- поднимающееся все выше и выше. Ждал, что хозяин лане, и на погребице. В ларе дыр понаделали, полкуля снова поедет по этой же луговой дороге, но того все не муки загадили. Уж и не знаю, что делать. было и не было. Еды хватило ровно на день. Вот и ночь Сын оторвался от еды: наступает. Куда идти, что делать. Кот долго продиралМуку, говоришь? Зерно тоже потравили? Вот ся сквозь высокий сухостой, пока не вышел на убранпроклятые! А Васька, что же, ловит мышей-то? ное поле, увидел кучку соломы, зарылся в нее и заснул .

– Да где там – старый он уже, изленился, изне- Разбудили Ваську страшный треск и дрожание жился, только и делает, что на печи валяется да на за- земли, отчего солома, в которой он лежал, зашевеливалинке греется. лась, словно живая. Васька выскочил из кучи и увидел,

– Ладно, мать, придумаем что-нибудь. Капканы, как на него надвигается огромная железная махина что ли, поставить. с острыми вилами спереди. Кот стреканул так, будто

– Да что капканы – одного-двух поймаешь, а с и не было тех одиннадцати лет, которые он прожил .

остальными что делать, – возразила бабушка. – Кош- Трактор остановился, из кабины на подножку вылез ку новую надо завести, бойкую, чтобы мышей ловила. тракторист и закричал рядом сидящему мальчику:

– А с Васькой что делать? – Смотри, сынок, кот. Откуда он здесь взялся? НиЧто-что, не знаю что. Не убивать же, живая душа когда не видел, чтобы в поле коты жили. Ха-ха-ха!

– жалко. Отвез бы ты его куда-нибудь подальше. Сколько Васька бежал, неизвестно, но только поВаська слушал разговор и все понимал – за свою чувствовал, что уже задыхается, известно – старостьдолгую жизнь он научился понимать смысл челове- не радость. Оказался на другом поле, где лежали валки ческой речи. От греха подальше спрыгнул с подо- сжатой пшеницы. Хотелось есть. Васька погрыз коконника в огород и спрятался в сарае. Лежа на ста- лоски и вдруг услышал шорох и писк. Писк был знарых мешках, думал: «Неблагодарные люди. Мало я им комым – мыши. Он прижался к земле и, подергивая хорошего сделал: детишек развлекал, чужих котов и мордочкой, стал ждать. В нем проснулись уже давно даже собак гонял, мышей ловил, один раз даже хорька забытые охотничий азарт и инстинкт. Вот из валка задушил, когда тот в курятник залез. И вот благодар- выбежала крупная мышь, увидела Ваську и с удивлениность! Э-хе-хе, жизнь кошачья!». ем уставилась на него, замерев на месте – она никогда Но прошел день, второй, третий – хозяева о нем не видела такого странного зверя, но по одному его словно забыли. И все же Васька осторожничал: тихо взгляду поняла, что это враг. Уже хотела спрятаться подкрадывался к своей плошке с едой, быстро все назад, в валок, но было поздно: Васька молнией бросъедал и снова ковылял, прихрамывая, в сарай. И все сил тело вперед, вытянув перед собой лапы с когтями .

же однажды не уберегся, не заметил, как появился хо- И снова ночь. В тишине Васька услышал далезяин – тот схватил его за шкирку и затолкал в брезен- кий собачий лай. Он и пугал его, и одновременно матовую сумку, пропахшую рыбой. Васька задергался, да нил, потому что Васька знал, что там, где собаки, там поздно, услышал лишь: и люди. Возможно, в этом селе живут и его хозяева .

– Вот ведь, животина, а все понимает. Эх, жизнь- Он долго пробирался через овраги, ручьи, густые зажестянка! росли репейника и чертополоха, которые царапали Васька чувствовал, что его куда-то несут, куда-то кожу, колючки вырывали клочьями шерсть и набипоставили сумку, что-то загудело, заскрежетало. Ага, вались в нее, образуя колтуны. Вот и заборы, небольон в машине. Ваське лишь раз в жизни пришлось про- шой осиновый колок, пруд. Заснул Васька на чьем-то катиться на машине, когда он чем-то заболел, и хо- огороде у пруда в куче картофельной ботвы. Когда зяин вез его к ветеринару. Машина тронулась, мотор проснулся, увидел перед своей мордой что-то длинзавыл. Душно. Васька попытался пролезть сквозь не- ное, извивающееся, похожее на толстую веревку. Это большую щель в застежке – не тут-то было. Высунул что-то шипело, покачивая головой, оскалив пасть, из нос и стал дышать. которой торчал раздвоенный язык. Ваську от страха Чувства времени у Васьки не было, жизнь свою подбросило вверх на целый метр, и он позорно бежал он отмерял от ночи до ночи, от кормежки до кор- от этой живой веревки .

Васька выбрался на улицу, воровато огляделся – несколько деревень, но по запахам, по незнакомым никого. Сразу понял, что это не та деревня, в которой окрестностям и домам сразу определял, что они были жили его хозяева: незнакомые дома, люди, пруд, де- чужими. Васька так ослаб, что еле дотащился до узеньревья. Кот пошел по дороге. В одном из дворов гуси кой, метров двадцати в ширину речушки, куда ныряла что-то едят из корыта. Почувствовал голод, сглотнул песчаная дорога – брод. Долго лакал воду с берега, наслюну. Тихонько подкрался, своровал кусок хлеба, за- блюдая, как на перекате в прозрачной воде стрекали тем еще один и еще. Гусак зашипел, расправил крылья юркие пескари. Он пытался даже поймать хоть одну и бросился на непрошенного гостя. Клевок в спину, рыбку, но рыбалка ему никак не удавалась – сказывазатем еще один. Васька, было, огрызнулся, зашипел, лась усталость. Наконец, заснул. Пробудило его мыно тут к нему бросилась уже вся стая. Кот выбежал со чание стада и, самое страшное, собачий лай. Васька двора и в этот момент увидел, как к нему с оскален- встрепенулся, открыл глаза – к броду брело коровье ными пастями, с хриплым, надрывным лаем со всех стадо. Пастух лениво помахивал кнутом и иногда поног несутся две собаки.

Спасаться! Куда? Хотел, как крикивал:

всегда, вскочить на изгородь, но она слишком низка. – Но-но, куда пошла! Домой, домой. Ишь, навосКинулся в траву, зигзагами помчался в сторону колок. трилась, лыска, блудница. Тебе бы все побегать .

Собаки не отстают, вот-вот схватят за хвост или бок, Молодая корова норовила оторваться от стада, и тогда прощай, Вася! Вот и дерево. Васька не вска- но два пса, пытаясь укусить ее за ноги и бока, загорабкался, а взлетел на нижний сук, зашипел на вра- няли ее снова в коровье общество. Но Ваську уже не гов, выгибая спину и вздыбливая на загривке шерсть. пугали ни строгий пастух с кнутом, ни рогатые короА собаки-то так и заливаются, так и заливаются. вы, ни злющие псы. Среди всего стада он сразу узнал Из открытого окна соседнего дома послышалось: хозяйскую Субботку: с раздутыми коричнево-белыми

– Что это кобели-то наши так зашлись? боками и разбухшим от молока, почти волочащимся

– Да кто их знает. по земле выменем. Среди мычащей какофонии ВасьПоди, погляди, не чужие ли на огороде. ка даже голос ее сразу выделил – протяжный, спокойВышел старик, из-под ладони посмотрел ный, с хрипотцой. Сердце кота радостно замлело, зана дерево: трепетало – скоро он будет дома .

– Нет, это они кота какого-то гоняют. Вот я их сей- И за этими обуявшими его радостями он не срачас! – Он поднял палку и кинул ее в собак. Те лишь на зу заметил, как один из псов летит к нему со всех чеминуту отбежали в сторону, а затем вернулись к оси- тырех ног, почти не касаясь земли, словно косматый, не и снова залаяли. – Ладно, устанут – сами уймутся. немой ветер. А когда заметил, бежать было поздно:

Кобели унялись лишь часа через два. Следующей рядом ни деревьев, ни кустарников, куда можно спряночью пошел дождь: долгий, с ветром, косохлестый, таться. Сзади лишь речка, вода. От страха Васька понудный, холодный. Во дворы Васька заходить уже бо- пятился и очутился в воде, его подхватило течение и ялся, потому нашел у пруда огромный осокорь с боль- понесло куда-то. За свою жизнь он ни разу не залезал шим дуплом и устроился там. Промокший до послед- в воду, тем более в речку, казавшуюся ему необъятно ней шерстинки и уставший, он, свернувшись в комок, огромной, безжалостной и холодной. Ваську потянулежал в дупле и дрожал от холода. Дождь шел две ночи ло вниз, ко дну. Почувствовал, что не хватает воздуха .

и день. Утром, когда из-за горизонта выплыло ласко- Изо всех оставшихся у него сил кот стал барахтаться, вое солнышко, у осокоря появились мальчишки с загребая лапами воду. Его приподняло над поверхноудочками и принялись рыбачить. Клевало хорошо, и стью. Васька сделал первый глоток воздуха и, отфыруже часам к восьми они с полными куканами пошли киваясь, закружился на одном месте .

домой. Васька осторожно спустился с дерева и, урча, Пастух удивленно смотрел на плавающего кота принялся есть мелкую рыбешку, которую мальчишки и, скривив губы, озадаченно бормотал:

выбрасывали за ненадобностью. Чтобы не нарывать- – Кот! Откуда он здесь? Вот ведь угораздило. Утося больше на собак, снова вскарабкался на дерево и нет, ей богу, утонет!

улегся на толстый сук. Но Васька никак не хотел тонуть. Покружившись Время к полудню. Несколько грузовиков остано- какое-то время в воде, он посмотрел на стадо, на павилось у колодца. Шоферы поднимали из него ведра и стуха, на надрывающихся в хриплом лае псов и позаливали воду в радиаторы, затем попили и отчего-то плыл к противоположному берегу. Выбрался на земзагоготали. Видно, один из них сказал что-то смеш- лю, отряхнулся, прошипел что-то злобное в сторону ное. Ваське почудился знакомый, родной ему голос. своих обидчиков и побежал по дороге. Собаки, было, Вгляделся: так и есть, один из шоферов – его хозя- бросились в воду, чтобы догнать своего кровного, изин, которого он сразу узнал по кривоватым ногам и вечного врага, но пастух так грозно на них цыкнул, манере постоянно приподнимать на голове фураж- что они обиженно вылезли к его ногам .

ку. Кот жалобно замяукал, словно подзывая хозяина, Лишь утром следующего дня Васька добрался до затем спрыгнул с двухметровой высоты и сквозь за- села и нашел родной дом. Вот и сарай с двумя скворосли пересохшей от жары травы побежал к колодцу. речнями, знакомая береза в углу огорода, на которой Поздно – грузовики уже пропылили по просохшей он не раз сидел, забор, где он спасался от соседского дороге и скрылись вдали. Васька полакал из лужицы пса. Все-все здесь родное: запахи, огород, гогот гувозле колодца и побрел по дороге вслед за машинами. сей, мычание Субботки. Если бы Васька мог плакать, Туда уехал его хозяин, там был его родной дом. то он, вернее всего, разревелся. Но плакать он не мог .

Сколько брел Васька по дороге, он не знал и не Он пролез через знакомую подворотню и побежал понимал: сутки, неделю, две. Для него ночь сменялась к крыльцу, возле которого хозяева обычно ставили днем, день ночью, дневная жара сменялась ночны- миску с едой. Так и есть – миска стояла, заполненная ми холодами, иногда шел дождь. Он проходил еще лапшой, куриными косточками и хлебом .

Васька долго ел, жадно выхватывая из миски са- – Да нет же, нет же, бабушка, он не умер. Он во мые лакомые куски и дрожа от нетерпения всем те- дворе сидит, я сразу его узнала! – убеждала девочка. – лом. Наелся, чувствуя, как живот оттягивается вниз, У него уха нет, и шрам на боку. Это он, он!

облизнулся, помыл лапами морду и пошел к корыту Кота помыли в ванне с теплой водой, выбрали с водой. Напился. В этот момент увидел, как из око- из шерсти репьи, чертополох, расчесали частым кошечка, пропиленного в углу сенной двери, вышла мо- стяным гребешком. На этот раз Васька ни на что не лодая кошечка – стройненькая, маленькая, с красивой жаловался: ни на купание, ни на боли, которые ему острой мордочкой, с белой, с серыми подпалинами, причиняли, вычесывая из шерсти грязь. Он лишь слушерстью. Увидев чужого кота, кошечка жалобно за- шал, о чем говорят хозяева. Хозяин, смоля папиросу, мяукала, поглядывая на дверь серыми глазами. Вась- спрашивал:

ка смотрел на новую жиличку мудро-спокойно, даже – Сколько же его не было?

равнодушно. Он все понимал, этот старый кот. Он вы- – Недели три, не то и больше, – отвечала хозяйка .

лизывался, лежа на боку и лишь иногда поглядывая на – Надо же, как же он дом-то нашел?

молоденькую соперницу. – Вот и я дивуюсь, – отвечала бабушка. – Другой Вот стукнула щеколда, сенная дверь раствори- бы давно издох, а он, нате вот вам, живой, здоровый .

лась, и на крыльцо вышла девочка, та самая девочка, – А тощой, тощой-то какой, господи, одни кости которая ласкала его, гладя по шерстке, и играла с ним. остались .

Девочка посмотрела на кошечку и строго спросила: – Ничего, откормим. Ладно уж, пусть дома жизнь

– Ну, чего тебе? доживает .

Кошечка жалобно замяукала. Девочка посмотре- Васька все-все понимал, он теперь знал, что ла на миску и увидела, что она пуста. Затем перевела его уже никуда не отвезут. Даже мальчишка, этот взгляд на тощего грязного кота со свалявшейся в кол- шалун и проказник, который постоянно издевался туны шерстью, из которой торчали репьи и шарики над ним, и тот теперь брал кота на руки, гладил его чертополоха. Васька не замяукал, а закричал – утроб- по шерсти и слушал, как тот мурлычет от удовольно, жалобно и протяжно. Девочка ахнула, закричала: ствия .

– Васька? Васька! Васька! – затем резко разверну- Умер Васька через месяц после возвращения долась и побежала в дом с криком. – Бабушка, бабушка, мой. Свою смерть он почуял заранее. Чтобы не тревотам Васька пришел, Васька вернулся! жить хозяев, слез с горячей печи, дождался, когда хоКакой еще Васька? – донесся из избы недоволь- зяин станет собираться на работу, и вынырнул вместе ный голос бабушки. с ним из избы .

– Наш Васька, кот Васька! Ваську нашли лишь несколько дней спустя под

– Чего городишь, шалопутная. Нет Васьки, убе- крыльцом, где он так любил уединяться, и схоронили жал он. Должно, сдох уже давно. на огороде за баней .

Марина КУРЫЛЕВА – кандидат филологических наук, доцент кафедры философии и культорологии УлГПУ им. И.Н. Ульянова, детский поэт. Автор трех сборников стихов для детей общим объемом около 200 страниц. Ее книги для детей актуальны и востребованы, они есть во многих детских библиотеках и методических кабинетах школ города и области. Марина Викторовна – лауреат Второго международного литературного конкурса «Лохматый друг»

в номинации «Рассказы о животных», а также участник XIV Ежегодной областной выставки-конкурса «Симбирская книга–2016». Является участником областного межведомственного проекта «Литературная филармония», инициированного губернатором Ульяновской области. Как автор, пишущий для детей, М.В. Курылева активно ведет культурно–просветительскую работу, сотрудничает с Централизованной библиотечной системой г. Ульяновска, Ульяновской областной библиотекой для детей и юношества имени С.Т. Аксакова, Ульяновской областной научной библиотекой имени В.И. Ленина, с городскими музеями, а также с рядом средних общеобразовательных школ города Ульяновска и Ульяновской области. Имеет грамоты, дипломы и благодарственные письма от этих организаций за участие в составе жюри различных конкурсов и фестивалей .

Андрей МЕДВЕДЕВ родился в 1978 году в городе Ульяновске. С красным дипломом окончил исторический факультет Ульяновского государственного педагогического университета им. И.Н. Ульянова по специальности «музееведение и охрана памятников» .

Автор, соавтор и иллюстратор сборников стихов для детей «Азбука кошачьих чувств», «Мышиный класс», «Кото-васия». Участник IV Всероссийского расширенного семинара молодых литераторов, пишущих для детей, организованного Фондом социально-экономических и интеллектуальных программ, президентом которого является С.А. Филатов, и проходившего 15-19 июля 2007 года (г. Москва – г. Орел – с. Спасское–Лутовиново) при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, администрации Орловской области и государственного мемориального и природного музеязаповедника «Спасское–Лутовиново». Семинары и лекции проводили такие признанные мастера слова, как В.С. Маканин и В.М. Воскобойников, литературовед, литературный секретарь «Русского Букера» И.О. Шайтанов, писатель Э.Н. Успенский .

Как автор и иллюстратор участвовал в литературном проекте «Пять», в рамках которого на данный момент вышло два сборника поэзии и прозы «Пять» и «О! Пять», собравших на своих страницах произведения группы самобытных ульяновских авторов: В. Бригаднова, О. Гекторова, В. Карпушова, В. Кузнецова, М. Курылевой и собственно А. Медведева .

Автор выставок: «Образ книги: искусство книжной графики», «Кто-кто в книжке живет», «Рыжий кот», «Драгоценные фантазии весны» .

Член жюри городского этапа конкурса чтецов «Поэт из страны детства», областного конкурса «Если бы я был А.А. Пластовым», конкурса юных иллюстраторов «Подарок А.А. Пластову», X, XI, XII Открытого областного творческого конкурса «Аленький цветочек», областного этапа Всероссийского конкурса юных чтецов «Живая классика», конкурса на лучшую самодельную книжку-малышку «Мое любимое стихотворение Михалкова», городского конкурса рисунков «ЭкоГрафика» .

Участник проекта «Литературная филармония» .

Публиковался в периодических журналах и альманахах «Карамзинский сад» (Ульяновск), «Гончаровская беседка» (Ульяновск), а также в местной периодике .

На семинаре авторов, пишущих для детей, с Э.Успенским и В. Воскобойниковым Марина КУРЫЛЕВА, Андрей МЕДВЕДЕВ

–  –  –

Отец родился 29 августа в 1907 году в селе Чириково Кузоватовского района Ульяновской области. Мне было 17 лет, когда я волей случая оказалась в родовом селе отца. Весь «порядок», так называли коренные сельчане свою улицу, был еще заселен Кузнецовыми. «Ты чья?», – спросила женщина, пораженная моим ранним явлением на краю села (было где-то пять часов утра). «Я – Кузнецова Света», – отвечала я, устало оглядывая превосходные окрестности Чирикова .

– А как отца-то зовут?

– Александр Родионович .

– Папаня, не внучка ли Сокола залетела к нам?– обратилась с вопросами к подошедшему старику женщина .

–  –  –

В НЕПОДХОДЯЩЕЕ ВРЕМЯ

В НЕПОДХОДЯЩЕМ МЕСТЕ

рассказ Студеный февраль… Лютует мороз, не отступая биль. В кабине двое молодых мужчин в знакомой и в субботний вечер. Вдоль городской улицы за- населению темно-серой форме. На плечах водимерли пирамидальные тополя, опушенные снегом. теля – сержантские погоны, у пассажира рядом – Меж ними по льдистой дороге движется милицей- лейтенантские .

ский «уазик». На передних дверцах его намалеваны – Шел бы он со своими экспериментами… – пробольшие белые буквы: «ПА» – патрульный автомо- должал монолог на наболевшую тему пассажир «пэашки», участковый инспектор милиции Виктор Быч- вая транспорт и заставляя его вплотную прижиматься ков. И далее недвусмысленно уточнил, куда именно. к тротуару .

«В места отдаленные» настойчиво посылался на- – Водитель БМВ, госномер такой-то, немедчальник УВД города. Именно по его приказу отряд ленно остановитесь! – дважды прокричал Бычков в участковых инспекторов и уселся в патрульные ав- микрофон .

томобили, «чтобы оперативно прибывать на места Никакой реакции… Впрочем, автомобиль-нарусовершения преступлений». Эх, ведал бы главный шитель вырулил-таки на свою сторону дороги .

городской борец с преступностью, где за последнее – Обгоняй! – скомандовал участковый .

время пришлось ему перебывать… в мыслях-желани- – Ага… У него мотор вдвое, – ответил Барибал, но ях многочисленных подчиненных! на акселератор надавил .

– Сам посуди, – изливал душу напарнику Бычков. Вскоре автомашины сравнялись. Приоткрыв боУчасток у меня – врагу не пожелаешь. Многоэтаж- ковое стекло, Бычков выставил в него руку с жезлом и ки, коммуналки петровских времен, частного сектора отчаянно замахал, требуя остановки .

тоже хватает – одна Песчанка чего стоит… Три обще- Опять никакой реакции… Автомобили продолжажития! Два мини-рынка! Цыганский квартал – рас- ли мчаться вперед. Бычков спросил:

садник наркош… Сейф неотработанными жалобами – Ну что, придется подрезать?

забит; одна бабушка уже до печенок достала, все по – Дело несложное, – отозвался напряженно удерсоседству инопланетяне мерещатся; поднадзорников живающий «пэашку» рядом с дорогим авто Барибал .

и охотников проверять срок… А тут замначальника – Только потом начальство может не понять… совсем сблындил: требует, чтоб каждый участковый – Давай… – решился Бычков. – По-хорошему все за месяц по сотне административных протоколов одно не получится… оформлял, плюс к тому дай пять раскрытых престу- Водитель до отказа нажал на газ, на полкорпуса плений. «И непременно чтоб одно – тяжкое»… – пере- обогнал БМВ, умело прижал его к бордюру и резко дразнил Бычков начальника. – Будто они, убийства крутанул руль вправо-влево. Машины едва не столкда изнасилования раскрытые, вот, прямо на дороге нулись. БМВ притормозил. Барибал повторил маневр, валяются… и автомобиль-нарушитель остановился, чуть не вреЕсли валяются, так только нераскрытые, – впер- завшись «пэашке» в крыло, – на сей раз сержант миливые вклинился водитель, сержант милиции Алексей ции руль влево не отворачивал, и «уазик» под острым Барибал. углом преградил БМВ путь .

– Во-во… Тогда уж лучше никаких – показатели не Бычков выскочил из машины, осторожно попортить. Короче, время драгоценное идет, а мы тут с стучал жезлом в стекло соседнего авто. Из салона не тобой впустую километры накручиваем… донеслось ни звука. Участковый инспектор дернул за Автомобиль остановился на красный свет. Быч- ручку дверцы – заперто. Сильнее постучал в стекло – ков приоткрыл дверцу машины и ожесточенно сплю- оно наконец поползло вниз .

нул. В салон радостно ворвался морозный воздух, и За рулем сидела женщина в норковой шубе и участковый торопливо захлопнул дверцу. шапке. Немолодая, лет под пятьдесят. Того же возрасЗа перекрестком «уазик» обогнал БМВ. Ско- та мужчина – пассажир на переднем сиденье. Он был ростная машина явно нарушала правила дорожного одет в теплое кожаное пальто, на голове – ондатровая движения: сильно виляла, то и дело выскакивая на шапка. Из салона прямо-таки несло перегаром .

встречную полосу. – Чего надо? – недовольно процедила женщина .

– Ты гляди, что делает, – оживился Барибал. – Сто Бычков по-уставному представился, козырнул:

процентов: нажрался – и за руль… – Ваше водительское удостоверение…

– Сейчас точно в кого-нибудь въедет, – не без ос- – Ишь чего захотел! – услышал он в ответ возмунований предположил Бычков. – Давай, догоняй. – И щенный возглас .

схватился за микрофон громкоговорителя – в мили- Участковый опешил: нарушители ПДД так себя с цейской среде попросту «матюгальника». сотрудниками милиции не ведут. Тут в ситуацию вмеМеж тем БМВ, двигаясь по синусоиде, проскочил шался пассажир .

следующий квартал и выкатил на Пионерскую пло- – Тамара, помолчи, – одернул он спутницу, вылез щадь. На ней, в центре огромной клумбы, памятником из машины и, пошатываясь, подошел к участковому .

прошлому высилась скульптурная группа: мальчик с На ходу расстегнул пальто, доставая из внутреннего барабаном и девочка, вскинувшая руку в пионерском кармана пиджака документы .

салюте. Еще с перестроечных времен композицию – Младший советник юстиции Перов, – сказал стали опошлять, выставляя на барабан треснувший он, раскрывая книжечку в красной обложке. – Прокустакан или пустую водочную бутылку, вывешивая на рор Свердловского района. А это, – указал на женщишею салютующей таблички: «Даю с 17 до 19 без вы- ну за рулем, – моя супруга .

ходных», а однажды на обломок барабанной палочки Бычков и вышедший к тому времени из «уазика»

нацепили презерватив. Барибал замялись. Патрулировали-то они как раз на Обгоняя автобус справа, импортная машина территории Свердловского района и уж меньше всеподъехала к нему впритирку. Опасаясь столкновения, го ожидали нарваться на главного надзирающего за водитель «Икаруса» вынужден был отвернуть влево. милицейской структурой. Да еще в таком виде!

Автобус вынесло на клумбу, и он чуть не «поцеловал- Впрочем, будь сам Перов даже и нетрезвым за ся» с бетонным постаментом. рулем, они бы младшему советнику юстиции только Сидящие в БМВ, похоже, даже и не заметили, что откозыряли – задерживать-то права не дано… Ну, по чуть не влипли в аварию. Миновав площадь, машина окончании дежурства устно доложили бы начальству совсем переместилась на встречную полосу, распуги- о неординарной встрече.

Стопроцентная гарантия:

им бы посоветовали о ней забыть на веки вечные. шая из автомобиля прокурорша. – Только попробуй:

Однако сейчас нарушитель за рулем – лицо граж- завтра же из милиции вылетишь!

данское. Хотя, с другой стороны, муж и жена – одна – Да ты заткнешься в конце-то концов?! – не высатана. Разве ж прокурор свою избранницу в обиду держал Перов. И предложил Шубину: – Товарищ кадаст? питан, давайте мы вам напишем, что претензий к

– Были в гостях, – пояснил Перов. сотрудникам милиции у нас нет, а вы бы помогли до

– Чего ты перед ними отчитываешься? – переби- гаража доехать. Тут по-хорошему десять минут хода… ла мужа женщина. – Нашел перед кем расшаркивать- Капитан милиции недолго поразмышлял. Нася! Поехали! живать себе врага в лице прокурора района явно не

– Да помолчи же ты! – уже прикрикнул прокурор хотелось. Хотелось – подстраховаться, однако отбина супругу. – Сейчас все решим… рать у него письменное заверение в невиновности в

– Товарищ прокурор, – набрался мужества Быч- аварии стражей порядка… Нет, Шубин и на это не реков, – вы нас, конечно, извините… Только ни вам, ни шился .

жене вашей никак за руль нельзя. Минуту назад, на – Крыло-то несильно повредили? – спросил он площади, чуть дорожно-транспортное не совершили. Барибала .

Жизнями рискуете… – Переживем, – мрачно отозвался водитель. – А «И не одними своими», – хотелось добавить лей- вот как бы товарищ прокурор завтра не передумал… тенанту милиции, но он предпочел оборвать предло- – Да господь с вами, ребята, – замахал руками Пежение. ров .

– И чего, по-твоему, нам теперь делать? – опять Прокурорша на этот раз благоразумно промолвстряла в разговор женщина. – Пешком через полго- чала: может, поняла, что дело идет к мировой, а может, рода идти? хмель маленько повыветрился. Словом, «пэашка» поЗачем пешком? – на ходу соображал Бычков. – ехала дальше по маршруту патрулирования, а Шубин Позвоните кому-нибудь из знакомых… Кто живет не- уселся за руль БМВ .

далеко… Он и довезет. – Исключительно из уважения к работникам

– Ага, умник нашелся! – не успокаивалась жен- прокуратуры, – счел долгом пояснить свое решение щина. – Сейчас сто человек слетится – всем больше капитан милиции, включая двигатель .

делать нечего. Супружескую чету в сопровождении автомашиТамара! Я тебя умоляю! – прижал руки к груди ны ГИБДД к гаражу доставили действительно за непрокурор. сколько минут. Прокурор долго шарил по карманам

– Что вы делаете? – воскликнул до того молчав- в поисках ключа. Наконец отыскал его – сейфовский, ший Барибал. с двойной бородкой. Сделал несколько безуспешных Кричал он супруге Перова, которой, по всему попыток попасть в скважину, переругиваясь при этом судя, надоело препираться. Женщина запустила дви- с супругой. Затем беспомощно пожал плечами:

гатель и включила заднюю скорость, однако слишком – Товарищ капитан, может, вы поможете? Застырезко тронула с места, и мотор заглох. Прокурорша ло, что ли?

тут же вновь завела машину и включила… первую Осторожный Шубин сам замок открывать не скорость. Автомобиль рванулся вперед, и его бампер взялся, позвал сторожа. И только убедившись, что авуглом уперся «пэашке» в крыло. томобиль благополучно заехал в гараж – за рулем на Прокурор выругался. А Барибал, тронув Бычкова этот раз сидел сам Перов – откозырял и удалился к за рукав, твердо произнес: служебной машине…

– Докладывай по рации дежурному. Иначе, если На том и был бы мирно окончившейся истории разъедемся, они завтра заявление подадут, что это мы конец, ан вовсе нет. Часа через два и «пэашка», и автово всем виноваты, а бампер немалых денег стоит… мобиль ГИБДД мчались к Свердловскому райотделу, И как ни просил Перов сотрудников милиции со- срочно вызванные по радиосвязи .

крыть происшедшее, те через дежурного по УВД го- Первыми к зданию ОВД подрулили Бычков и Барода вызвали на место столкновения дежурную груп- рибал. И, едва выйдя из машины, тут же были встречепу сотрудников ГИБДД. ны непечатными словами, которыми милиционеров Через пятнадцать минут к двум автомобилям обложила прокурорша, стоявшая на ступенях райотподъехал третий, специально оборудованный про- дела вместе с мужем и начальником штаба ОВД; все блесковыми маячками и с символикой ГИБДД. трое курили .

– Старший инспектор дорожно-патрульной Участковый и милиционер-водитель опешили, службы, – отрекомендовался офицер, – капитан ми- ничего не понимая .

лиции Шубин. – Я же говорил: за бампер ругаться приедут, – Следом за ним из спецмашины вышел и сержант- тихо сказал Барибал напарнику .

водитель. Они-то, не без помощи Перова, наконец вы- Но оказалось, что бампер-то как раз и ни при требовали у его супруги водительское удостоверение. чем. Супруги утверждали, что после общения с милиТак что делать будем, товарищ прокурор? – цией из БМВ пропала супердорогая дамская сумочка вслух рассуждал капитан милиции. – По закону-то стоимостью шесть с половиной тысяч «деревянных»

оно, конечно, ясно: схему ДТП расчертить, Тамару – фирмы Картье, цвета бордо и с укороченной ручВячеславовну – на освидетельствование на предмет кой, принадлежавшая Перовой. А помимо косметики признаков алкогольного опьянения, протокольчик за – сплошь Кристиан Диор – там находились тысяча нарушение ПДД составить, ну а транспортное сред- двести «зеленых», семьсот российских рублей, сотоство – на штрафстоянку… вый телефон фирмы «Моторола» и начатые упаковки

– Чего захотел… – подала голос так и не вышед- лекарств: нимотопа, норвакса и эссенциале .

– Воры! Разбойники! Оборотни в погонах! Вы у сиденье лежала – так я там вообще не сидел, только меня надолго сядете! – выкрикивала разошедшаяся за рулем!

прокурорша. – Но водительские права-то из сумочки достаНу это ж не они, – пытался утихомирить ее су- вали, чтобы вам предъявить? – напирал заместитель пруг. – Они даже в машину не садились… Гаишника… прокурора .

Тьфу – никак не привыкну – гибэдэдэшника работа, – Доставали, – соглашался офицер ГИБДД. – который нас вез… Больше некому… Только откуда – я не следил. Во-первых, темно было, а Легок на помине, появился Шубин с водителем. во-вторых, в БМВ стекла тонированные… Им пришлось выслушать в свой адрес оскорбления – Да что вы с ним лялякаете? – бушевала Перова .

покруче. – Спер, так еще и отпирается! А на лице все написано!

Меж тем к райотделу подъезжали и подъезжали – Это у вас кое-что написано… – огрызнулся машины. Прибыл начальник ОВД, его заместитель по Шубин .

кадрам, дежурный кадровик из УВД города, дежурный – Чего именно? – подбоченилась прокурорша .

следователь прокуратуры района, дежурный управле- – А что нетрезвы, – коротко сформулировал кания собственной безопасности УВД области и, нако- питан милиции .

нец, один из замов прокурора города. – Это тебя не касается! – яростно покрутила пеВсей толпой ввалились в «дежурку». Прокурорша ред его лицом указательным пальцем женщина .

махала перед носом дежурного по райотделу листом – Сейчас – да. А жаль… – И Шубин пасмурно стандартной бумаги – заявлением о краже, но в руки улыбнулся .

почему-то не давала. Дежурный зарегистрировал – Чего жаль? Конкретизируйте, – опять подклюфакт обращения Перовых в специальной книге фор- чился заместитель прокурора города .

мы номер два. Четырех сотрудников милиции, подо- – Что домой их отвез. А надо бы – на штрафплозреваемых в краже из автомобиля, «пустили по кругу»: щадку, – совсем хмуро пояснил капитан милиции. – каждый из них поочередно давал показания дежур- Участковый так и советовал, да вот не послушался я, ному инспектору по разбору, кадровику из городско- на свою голову… И вообще, разберитесь для начала:

го УВД, «уэсбэшнику» и следователю прокуратуры, а может, ее, сумки-то, и не было? Тем более – с такой поскольку всякая инстанция проводила собственное суммой… служебное расследование по факту устной жалобы. – Вы что, нас во лжи обвиняете? – Лицо прокуроПрокурора и его супругу опрашивать почему-то ра-потерпевшего разом пошло красными пятнами. – никто не спешил. Только по указанию начальника Да я тебя, не знаю что… ОВД дежурный инспектор по разбору предложил Пе- – Наручники на него! – поддакнула прокурорша .

ровой пройти медицинское освидетельствование на – И в камеру!

алкоголь, но та возмущенно взвопила: – Меня? В камеру? За что? – вскочил с места и

– Ишь чего захотели! Своих покрываете! Ничего, рванул форменный галстук Шубин. – Да я пятнадцать я на всех вас управу найду! – И локтем толкнула мужа: лет… без единого взыскания… Медаль «За отличие в

– Ты куда смотришь? Не видишь, что ли, как они кон- охране общественного порядка» имею… цы в воду прячут? – Ну не так-то это просто, Тамара Вячеславовна, Прокурор тщетно пытался угомонить свою сла- – несколько охладил пыл разгневанной женщины забую половину. Заместитель прокурора города обещал меститель прокурора города .

«вывернуть все наизнанку, но преступника в погонах Бычков, Барибал и водитель-гибэдэдэшник, от вычислить и покарать». Милиционеры наотрез отри- которых уже все отвязались, с сочувствием смотрели цали причастность к краже. на своего собрата по несчастью, которого явно было

– Я вообще к машине близко не подходил, около решено сделать «стрелочником» .

своей стоял, – утверждал водитель-гибэдэдэшник. Руководство райотдела словесную дуэль подоЯ тоже до «бээмвешки» не дотрагивался, – вто- зреваемого и обвиняющих слушало с отвращением, рил Барибал. но не вмешиваясь. И тут в дверях «дежурки» появился

– К машине подходил, но внутрь не садился, толь- начальник ГИБДД УВД города подполковник милико в стекло водительское постучал, – пояснял Бычков. ции Стрельников – прямой начальник попавшего в

– Ну и как бы я, по-вашему, эту сумку взять мог, если серьезный переплет инспектора дорожно-патрульзаявительница показывает, что она на заднем сиденье ной службы. Старшего офицера отыскали и оторвалежала? ли от свадебного стола племянника аж в соседнем Труднее всего приходилось Шубину: потерпев- районе .

шие – а в этой роли прокурор с супругой уже себя ут- Быстро уяснив положение дел, подполковник завердили, и ни у кого из присутствующих даже и мыс- дал разумный вопрос:

ли не возникало усомниться в недавнем существова- – А не могло так случиться, что эту сумочку, со нии дамской сумочки с дорогостоящим содержимым всем содержимым, возле гаража обронили, когда его

– грешили именно на него. открывали?

– Что я, по-вашему, круглый идиот? – отчаянно – Ну, знаете… – напустилась на подполковника жестикулируя, частил капитан милиции, защищаясь милиции прокурорша. – За дураков нас принимать?

от наседавшего на него «уэсбэшника», которому по- Мы потому про нее и забыли, что он ее из машины могал опрашивать подозреваемого в краже замести- украл! А домой пришли, хватились – нет .

тель прокурора города. – Не видел я этой сумки! А – И тем не менее, – настаивал Стрельников, – поесли б и увидел – чужого брать в жизни не брал! По чему бы и не проехать к гаражу? Вдруг да отыщется мне оно хоть прокурорское, хоть президентское – пропажа… один хрен, не мое! Опять же, говорят, она на заднем Кортеж из восьми машин под звуки сирены и ми

–  –  –

I еще семьсот кэмэ. А до склада с продовольствием чеЗа двухметровым торосом будет ветер. Поры- тыреста. Ну, может, триста пятьдесят – триста семьвистый и такой силы, что лучше его встретить, при- десят. Если по двадцать в день – до трех недель. А еды гнувшись, наклонив корпус вправо. Андрей дернул за дней на десять – двенадцать. Можно, конечно, растяверевку и сани с поклажей нехотя сдвинулись еще на нуть. Но силы? Чтобы идти, нужны силы.. .

полметра .

Сколько он сегодня прошел? Километров пят- II надцать точно. Может, семнадцать. Надо бы двадцать, Сигаретный дым вился к потолку. Прозрачный а лучше двадцать два. Но силы уже на исходе. столик-эллипс между тяжелыми кожаными креслаОн с тоской оглядел завьюженную широкую – ми был заставлен пустыми бутылками и разоренной метра в три – расщелину между льдами. Километра закуской .

два надо пройти еще обязательно. Он каждый день – Что, Олежка, накрывается твой полярник?

недобирает, все больше отставая от графика. Олег, грузный, выбритый наголо сорокалетний Голова закружилась. Неуклюже переступая мужик, с широкими скулами и коротким боксерским толстыми унтами, сделал три шага назад и тяжело носом, не ответил, только потянувшись из кресла, опустился на сани. Не снимая варежки, сунул руку взял со стола большую рюмку .

в нагрудный карман куртки и достал хрустящую – Вот тебе и Амундсенансен... – Его товарищ – фольгой плитку шоколада. Развернул, деревянными длинный, сухощавый – легко переместился от окна пальцами отломил треугольник. Шоколад был твер- ко второму креслу, присел на подлокотник. Нервное дый и острый, как стекло. Осторожно боковыми острое лицо передернула улыбка:

резцами (передние зубы несколько дней сильно бо- – Пять лимонов.. .

лели) откусил острие треугольника. Стал медленно – Достал, Виталик. Еще не вечер... – Олег с досажевать. дой вернул полную рюмку на место .

Мороз сегодня был поменьше, чем все последние – Он уже сейчас доходяга. – Виталий уже не улыдни. Градусов тридцать – тридцать пять. Но появился бался. – Неделю и всё. Сам же видишь .

ветер. Встречный. Всё утро он бил в лицо, даже при – Что я вижу, что?!

небольшой скорости – метров пять-семь – превра- – Больше пятнадцати в день уже не ходит. Жратщая ходьбу в обжигающую муку. Вот и недобор кило- вы у него недели на две. А до склада четыреста верст. И метров. еще триста потом... – Виталий легко снявшись с кресАндрей отправил в рот остаток шоколада, было ла вернулся к окну. Вставил в тонкие губы сигарету. – встал, но решимости не хватило, и он остался сидеть, Не в падлу смотреть, как он там околеет?

бессмысленно глядя под ноги. Минуту, две, пять. И – Его дело, – буркнул бритый. – Идет и пусть идет .

дольше, дольше. Не хер было пяткой в грудь стучать – полярник, поТак нельзя. Иди или ставь палатку... палатку… Ка- лярник.. .

кая палатка?! Четырех еще нет! Давай паря, давай...». – А все-таки пять лимонов не хрен собачий. – Наконец пересилил себя, зашевелился, встал и, Виталий потянулся, хрустнув суставами. – Конечно, подхватив веревку от санок, побрел вперед... обидно .

Вечером, уже в палатке, отогревшись чаем, сде- – Ладно, ладно, – заколыхался в кресле Олег. – Голанным на спиртовке, Андрей, словно внутри что-то ворю же не вечер. Пацан упорный… Посмотрим еще .

заело, крутил один и тот же простецкий расчет: хода – Посмотрим, – кивнул товарищ, но снова не удержался. – Ждать недолго. – И подсмотрев, как дер- табачную пряжу. – Понимаешь! Это тебе не Узбек со нулось лицо бритого, сменил тему. – Ну да фиг с ним. своими тушками .

Подумаем лучше, что теперь с ангаром делать. Триста – Какая разница... – проворчал Олег .

тонн вломили. Не коню же под хвост. – Alles... – Виталий одним движеньем смял в пеА что с ним? В холодильник обратно. пельнице только начатую сигарету. – Твою долю в анЖалко... гаре я выкупаю. Как раньше забивались – по полной

– Жалко, сам знаешь у какого зверя... – Олег заце- цене плюс тридцать пунктов сверху. Чтоб без дерьма .

пил с тарелки рубиновый кругляш колбасы. – Какие А что дальше, мои заботы.. .

еще варианты?

– Какие? – Виталий выписал сигаретой воздуш- III ный вензель. – Ну, может, еще одного полярника за- Согреться не удалось даже в спальнике. Только пустить. когда, высунув руку в ледяной мрак и нащупав в рюкОлег нервно дернулся в кресле: заке второй свитер, Андрей надел его на себя, стало

– Это ты уже с кем другим рубись... тепло .

– Постой, постой. Не за бабки. Насчет этого, что Может, и не стоило так самозабвенно врать сейчас, мы с тобой, скажем так, эксклюзивно заби- этим лбам о своем полярном прошлом. Но ведь Анлись. Дуба даст – и делу венец. Но западло же такую тарктида!

систему рушить. Один к одному – Антарктида! Ведь Он вспомнил черно-белый рисунок в углу стравсё продумано! Всё! Ты вспомни, сколько промудоха- ницы. Трепаная библиотечная книжка о знаменитых лись, чтобы эти, как их... торосы двигать и трассу ме- путешественниках ХХ века сама открылась на этом нять... или пургу с нужной стороны запускать. развороте – сквозь косые завороты вьюги, наклонясь Соскочил с подлокотника. Сунув руки в карманы, вперед, шел бородатый человек .

заходил по комнате. Это был Роберт Скотт. Он шел навстречу своДавай, что ли, академиков там или этот... Гидро- ей смерти. Уже покорив Южный полюс и всё равно мет прощупаем. Я насчет аренды. оставшись вторым. Амундсен успел к цели на месяц

– Нашел кому предлагать, – хмыкнул Олег. – Да раньше. И разочарование убило Скотта. Конечно, они с паперти не слазят! Во всех кабинетах по рублю чтобы умереть, понадобились ещё холод и истощена жизнь строчат. ние. Но если бы горечь поражения не выжгла изнутри

– Так и я о том! Что-то ведь им кидают. Хватает его и двух спутников во время обратной дороги, они же на настоящую Антарктиду. Я когда с тобой забился, бы не замерзли в двадцати километрах от склада с даже этим делом увлекся, спецом про эту Антарктиду продовольствием .

разузнал. У наших там и сейчас четыре станции. Еще те Это Андрей разобрал много позже, когда уже бабки. А тут, прикинь, тренировочная база под боком. были прочитаны дневники Скотта и его удачливого

– Какая на хер база! Пол-России круглый год та- соперника Амундсена, а потом и всё, что сумел докая база. Чубайс зимой рубильник вертанет и трени- стать об Антарктиде в трех библиотеках – школьной, руйся до уси... Короче, сдать ангар Узбеку и с концом. детской городской и пэтэушной. Но и в тот первый Пусть свое мясо держит. Влезет немерено. Нормаль- раз, обмерев над маленьким, в спичечный коробок, ное бабло пойдет. Не то что база какая-то, академики... рисунком, он, наверное, мог бы сказать – «вот она

– Насчет академии я к слову... Просто облом та- судьба...», если б только сумел облечь в слова охвативкую красоту баранине дарить. У меня по городу в та- шую его пронзительную тоску .

кой аренде и так до хрена. На десять жизней хватит. А Впрочем, то, что это судьба, подтвердилось лишь это... Олег, ты вникни... – Виталий словно споткнулся в последние месяцы. А до этого были школа, училище, о хмурый взгляд компаньона. – Понимаю, пять лимо- армия. Затем охрана автостоянки, погрузка тортов и нов на ровном месте... Обидно. Но не последние же... карамели на конфетной фабрике, посуточная работа Хрен с ними, забудь. Понимаешь, простой сарай ка- в торговом ларьке, бензозаправка... Где она – Антаркменный – тридцать на пятьдесят. А внутри – целый тида?! Там же, где все наши детские мечты. Книжные материк! Ледяная земля! миражи, которых в жизни нет и быть не может. По Завелся от собственных слов: крайней мере, для него – пацана с рабочей окраины .

– Ростов. Июль. Тридцать в тени, а там... Двадцать Когда тебе двенадцать – мечтай о чем угодно. Хоть об метров отсюда, – ткнул сигаретой в стену. – Там сей- Антарктиде. Еще три-четыре года и всё кончится. Так час вьюга, минус сорок. Заносы двухэтажные, ветер с или иначе. Вариантов немерено, но Антарктиды среног валит. Вон, смотри, как палатку рвет... ди них никогда не будет. В свои двадцать шесть он уже Кивнул на огромный монитор, в центре которо- успел в этом убедиться. И вдруг.. .

го трепетала, а иногда начинала ходить ходуном си- Ведь это было с ним! Он дошел! Три недели назад няя нейлоновая полусфера. на Южном полюсе он вырубил во льду лунку для своВ палатке мужик. Ему до людей еще семьсот его именного флажка. Правда, добрался с задержкой .

верст. Представляешь! –Виталий кажется сам заново Отставание от графика началось почти сразу. И к попоразился этой мысли. – В июле!! В центре Ростова! люсу набежало дней десять. Но ведь цель достигнута!

По хер! Пока всё не пройдет, ни одной живой твари «To strive, to seek, to find and not to yield». Он восне встретит. Материк... кресил в памяти фотографию с Наблюдательного Немного успокоился. Потянулся к столику, ткнул холма на антарктическом острове Росса. На этот в пепельницу бычок и тут же ловко выцепил из пачки холм поднимались люди из экспедиции Скотта, выновую сигарету. сматривая ушедших к полюсу товарищей. А потом, в

– Только звезд не хватает, но и это – захотим, сде- память о погибших, водрузили на его вершине дерелаем. – Вытянув губы, с удовольствием пустил вверх вянный крест. И на доске, прибитой к кресту, выреза

–  –  –

евраль Ф ФЕВРАЛЬ 2018 2 февраля – 140 лет назад родился чувашский писатель и фольклорист Григорий Тимофеевич Тимофеев (2.02.1878, с. Старая Тюрлема Чебоксарского у. Казанской губ., ныне Козловского р-на Чувашской Республики – 17.10.1937, г. Абдулино Оренбургской обл.). Окончил Симбирскую чувашскую учительскую школу (1896). Главный литературный труд – сборник этнографических очерков и фольклорных материалов «Девять деревень». Собирал сказки, легенды, предания, наблюдал за бытом населения, обрядами и обычаями чувашей .

2 февраля – 110 лет со дня рождения писателя Евгения Дмитриевича Люфанова (2.02.1908, г. Моршанск Тамбовской губ. – 6.12.1989, г. Воронеж). Автор книг прозы «Повесть о барашевских днях» (1931), «Исламов» (1934), «Накануне счастья» (1963), «Набат» (1967), «Великое сидение»

(1982) и др. Приезжал в Ульяновск для сбора материалов к трилогии о В.И. Ульянове-Ленине: «Самый короткий путь .

Симбирские были» (1970), «Мятежная юность» (1974), «Молодецкий курган» (1980). Член Союза писателей СССР (1934) .

–  –  –




Похожие работы:

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М.В. ЛОМОНОСОВА ФИЛИАЛ МГУ В ГОРОДЕ СЕВАСТОПОЛЕ _ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ ИСТОРИЯ, ПОЛИТИКА, КУЛЬТУРА ВЫПУСК V(II) СЕРИЯ А . АНТИЧНОСТЬ И СРЕДНЕВЕКОВЬЕ ИЗБРАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ VIII МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ "ЛАЗАРЕВСКИЕ ЧТЕНИЯ" К 80-ЛЕТИЮ CО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВАСИЛИЯ ИВАНОВИ...»

«Межэтнические отношения в довоенной Белоруссии Кристофер Р. Браунинг пО пОВОДу МОЕй кНИгИ "ИСтОкИ “ОкОНчАтЕЛьНОгО рЕШЕНИЯ”": зАМЕчАНИЯ Об "ОкОНчАтЕЛьНОМ рЕШЕНИИ", ЕгО прЕДпОСыЛкАх И ВАжНЕйШИх пОСЛЕДСтВИЯх В 1981 году – двадцать четыре года назад – редколлегия многотомной "Полной истории...»

«№ 3 (66), 2017 “Теория и история культуры” ное влияние на теорию искусства и литературы, на лингвистику и историографию, на теорию государства и права и т.д. "Его мысль, – отмечал Э. Гарэн, – была одновременно центром иррадиации и конвергенции интеллектуальных движений того времени" [5, с. 74]. Роль Дж. Джентиле бы...»

«1 Информация об уголовной и административной ответственности за националистические и иные экстремистские проявления. Любые преступления это крайность, посягательство на чьи-то права и свободы. Но есть особые преступления, которые совершают...»

«http://aquaforum.lviv.ua/forum/showthread.php?t=2464 Базанов А. Искусство аквариумного рыбоводства. От автора Рыбоводство одно из древнейших занятий человека. Ученые полагают, что составная часть его декоративное рыбоводс...»

«Пьер Бурдье ВВЕДЕНИЕ В СОЦИОЛОГИЮ СОЦИАЛЬНЫХ НАУК: ОБЪЕКТИВАЦИЯ СУБЪЕКТА ОБЪЕКТИВАЦИИ В статье утверждается, что социальная история социальных наук дает возможность исследователю изучить его собственное бессознательное, отложившееся в его представлениях в процессе пребывания в своей дисципл...»

«Вестн. Моск. ун-та. Сер. 25. Международные отношения и мировая политика. 2010. № 4 ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ В ИСТОРИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ А.А. Ахтамзян ОБЪЕДИНЕНИЕ ГЕРМАНИИ И ЕГО МЕЖДУНАРОДНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ 3 октября 2010 г. исполнилось двадцать лет со дня объединения Германии — одног...»

«1 ВЗГЛЯД НА ВЕЧНОСТЬ Как один человек столкнулся с жизнью после смерти. История Иена Маккормака В пересказе Дженни Шарки "Взгляд на Вечность" невероятная правдивая история столкновения одного человека со смертью и тем, что после нее. Ныряя у берегов Маврикии Иен Маккормак получил ожоги пяти медуз коробок, поз...»

«И Солдатчина, и Пахотный Угол. "Народная трибуна" Поделиться Номер газеты: Дата публикации: 29.01.2014 пос. Первомайский И Солдатчина, и Пахотный Угол. В истории бондарских сёл, как в капле воды, отражается история российского...»

«Уильям ШЕКСПИР ГАМЛЕТ Текст трагедии по первому, "пиратскому" изданию года Перевод Александра Баранова. МОСКВА От переводчика. Перевод выполнен в декабре 1985 — апреле 1986 гг. по просьбе Александра Абрамовича Аникста для предполагавшегося тома "Гамлет" в "Литературных памятниках". Он рассчитан на сопоставление с пе...»

«№ 4 (72) Антиквар апрель Тема номера: Журна л об искусстве и коллекционировании Скульптура. Традиции и тенденции Георгий Лавров. Тигр, готовящийся к прыжку. Бронза, серебрение; бронзовая пластина, чёрный мрамор. Выс. 32 см, дл. 61 см, шир. 14 см. Коллекция Александра Билоуса от редакции из непредвиденных просчётов и неожиданных удач. Собстве...»

«В.И. Петрушко* ФЛОРЕНТИЙСКАЯ УНИЯ, МОСКОВСКИЙ СОБОР 1441 ГОДА И НАЧАЛО АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ЦЕРКВИ В статье дается объективный анализ обстоятельств обретения Русской Православной Церкви автокефалии и убедительно опровергаются аргументы и спекуляции совр...»

«СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ 1 ПОНЯТИЕ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ 1.1 История возникновения и развития института освобождения от уголовной ответственности 1.2 Освобождение от уголовной ответственности как институт уголовного права...»

«Чарльз Диккенс Рождественская песнь в прозе Серия "Рождественские повести" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=132216 Назад в будущее. Истории о путешествиях во времени: Эксмо; Москва; 2015 Аннотация "Начать с того, что Марли был мертв. Сомневаться в этом не приход...»

«ВУЛКАНОЛОГИЯ И СЕЙСМОЛОГИЯ 19 9 2 №4 УДК 551.21+ 551.24 © 1992 г. И.В. МЕЛЕКЕСЦЕВ, В.В. ПОНОМАРЕВА, О.Н. ВОЛЫНЕЦ ВУЛКАН К И З И М Е Н (КАМЧАТКА) — БУДУЩИЙ СЕНТ-ХЕЛЕНС? Рассмотрены структурное положение...»

«НРАВСТВЕННОЕ БЫТИЕ ЧЕЛОВЕКА В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИИ ФИЛОСОФСКОЙ МЫСЛИ Пузикова В.С. Бузулукский гуманитарно-технологический институт филиал Оренбургского государственного университета, г. Бузулук В философии проблематика нравственных исканий выст...»

«А К А Д Е М И Я Н А У К С С С Р ТРУДЫ ОТДЕЛА ДРЕВНЕРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ИНСТИТУТА РУССКОЙ Л И Т Е Р А Т У Р Ы XVII В. А. КОЛОБАНОВ Обличение княжеских междоусобий в поучениях Серапиона Владим...»

«07.00.00 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ И АРХЕОЛОГИЯ / HISTORICAL SCIENCES AND ARCHEOLOGY № 3 (51) / 2016 Воронцова Ю. С . Социально-политический облик гуманитарной интеллигенции Башкирской АССР в 30-е годы XX века / Ю. С. Воронцова // Научный диалог. — 2016. — № 3 (51). — С. 171—181. УДК 94(47).084 Соц...»

«ГРУППОВЫЕ ЭКСКУРСИИ к круизу "Средиземноморье и Адриатика" на лайнере Crown Princess 5* LUX 8 дней / 7 ночей с 28 июля по 4 августа 2018 года 27 Июля – Вечерние Афины + традиционный ужин в Греческом ресторане В начале экскурсии пешеходная прогулка вокруг Священного холма Акрополя и знакомство с достопримечательностями историческог...»

«ISSN 2542-081Х (Online) Вопросы науки и образования № 19 (31), 2018 Москва ISSN 2542-081Х (Online) Вопросы науки и образования № 19 (31), 2018 Российский импакт-фактор: 0,11 НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ HTTPS://SCIENTIFICPUBLICATION.RU EMAIL: INFO@SCIENTIFICPUBLICATIONS.RU Главный редактор КОТЛОВА А.С. Издается с 2016 года. Выходит 2 раза в месяц Ж...»

«E-mail: liratravelbel@gmail.com Тел.: +375 29 8111664 www. liratravel.by Путешествие сквозь времена (Петроварадин Белград Скопье – Паралия Катерини (Греция) (7 ночей) Афины* Олимп* о.Скиафос* Салоники* София Синая Бран Брашов Мишкольц-Тапольца) 06.00 Выезд из Минска. Транзит по территории Польш...»

«БОРИСОВА Алла Александровна ПРОБЛЕМА АНШЛЮСА В АВСТРО-ГЕРМАНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ В 1918 1923 ГОДАХ Специальность: 07.00.03 Всеобщая история (новая и новейшая история) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата историче...»

«Завершить разговор о таком явлении, как акмеизм. 1911 год – рождение нового круга поэтов. Создать собственное объединение, некое литературное объединение. Появляется "цех поэтов". "Цех поэтов" и акмеизм – это явления смежные, но не синонимичные. Принципиально. Потому что цех поэтов – это неко...»

«УДК 821.161.1-31 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 А42 Оформление серии – Сергей Власов Аксенов, Василий Павлович. Москва Ква-Ква / Василий Аксенов. — МоА42 сква : Эксмо, 2015. — 448 с. — (Новый сладостный стиль. Проза Василия Аксенова). ISB...»

«ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ: ЗАПАД-РОССИЯ-ВОСТОК книга первая: Философия древности и средневековья Под редакцией проф. Н. В. Мотрошиловой Учебник для студентов высших учебных заведений Третье издание *...»























 
2018 www.wiki.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание ресурсов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.